УИД 16RS0049-01-2024-000372-91

ШЕСТОЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

                                                                  № 88-1976/2025

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

кассационного суда общей юрисдикции

06 марта 2025 г.                            г. Самара

Судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего Никоновой О.И.,

судей Федотовой Е.В., Пиндюриной О.Р.,

рассмотрела в открытом судебном заседании кассационное представление прокурора Республики Татарстан, кассационную жалобу ФИО1 на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 16 сентября 2024 г. по гражданскому делу № 2-1301/2024 по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Производственное предприятие «Технология Вентиляции», Государственной инспекции труда в Республике Татарстан, Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации в Республике Татарстан об отмене акта о расследовании группового несчастного случая, признании несчастного случая связанным с производством, компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Пиндюриной О.Р., объяснения представителя общества с ограниченной ответственностью «Технология Вентиляции» ФИО5, действующего на основании доверенности № 5 от 03 февраля 2025 г., представителя Отделения Фонда Пенсионного и социального страхования по Республике Татарстан ФИО6, действующей на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ, заключение прокурора четвертого отдела апелляционно-кассационного управления Главного гражданско-судебного управления Генеральной прокуратуры Российской Федерации Устиновой Т.А., проверив материалы дела, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Производственное предприятие «Технология Вентиляции» (далее ООО «Производственное предприятие «Технология Вентиляции»), Государственной инспекции труда в Республике Татарстан, Фонду социального страхования по Ново-Савиновскому району г. Казани об отмене акта о расследовании группового несчастного случая, признании несчастного случая связанным с производством, компенсации морального вреда, указав в обоснование исковых требований, что 24 марта 2021 г. ее сын ФИО3 был принят на работу в ООО «Производственное предприятие «Технология Вентиляции» на должность специалиста по автоматике. ДД.ММ.ГГГГ г. ФИО3 с 08.00 часов работал на производственной базе ООО «Производственное предприятие «Технология Вентиляции», расположенной по адресу: <адрес>. Обеденный перерыв на предприятии установлен с 12.00 часов до 13.00 часов. В обеденный перерыв в 12.05 минут ФИО3 вместе со своим коллегой ФИО4 на личном автомобиле последнего выехали с территории базы работодателя. Примерно через 10-15 минут произошло дорожно-транспортное происшествие (далее ДТП), в результате которого ФИО3 скончался на месте происшествия, а ФИО4 получил телесные повреждения, от которых в последующем умер в больнице.

    По результатам расследования группового несчастного случая комиссией, в которую входили сотрудники ООО «Производственное предприятие «Технология Вентиляции», Государственной инспекции труда в Республике Татарстан, Фонда социального страхования, составлен акт, в соответствии с которым вышеуказанный несчастный случай квалифицирован как несчастный случай, не связанный с производством.

    С подобной квалификацией истец не согласна, ссылается на то, что на территории производственной базы нет столовой, с территории производственной базы работодателя ФИО3 и ФИО4 поехали в спецодежде с логотипом ООО     «ПП «ТехВент». Нахождение их в момент ДТП в спецодежде работодателя свидетельствует о том, что они с территории базы работодателя выехали не по личным вопросам.

    Истец полагает, что событие, в результате которого погиб её сын, следует считать несчастным случаем на производстве.

    В результате гибели сына ей причин моральный вред, размер компенсации за который оценивает в 1 000 000 рублей.

    ФИО1 просила отменить акт о расследовании группового несчастного случая от 17 ноября 2022 г., признать несчастный случай произошедший 19 июля 2022 г. с ФИО3 несчастным случаем на производстве и взыскать с ООО «Производственное предприятие «Технология Вентиляции» компенсацию морального вреда в сумме 1 000 000 рублей, в возмещение расходов на представителя 50 000 рублей, в возмещение расходов на изготовление удостоверенной нотариусом доверенности на представителя в сумме 1 850 рублей.

Решением Ново-Савиновского районного суда г. Казани от 12 марта 2024 г., исковые требования ФИО1 удовлетворены частично.

Судом постановлено, признать несчастный случай, произошедший 19 июля 2022 г. с ФИО3, несчастным случаем на производстве, взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Производственное предприятие «Технология Вентиляции» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 200 000 рублей, в возмещение расходов на представителя 30 000 рублей и 300 рублей в возмещение уплаты государственной пошлины. В удовлетворении требований о взыскании компенсации морального вреда в большем размере, а также в отмене акта о расследовании группового несчастного случая отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 16 сентября 2024 г. решение Ново-Савиновского районного суда г. Казани Республики Татарстан от 12 марта 2024 г. в части признания несчастного случая, произошедшего 19 июля 2022 г. с ФИО3, несчастным случаем на производстве, взыскания компенсации морального вреда, возмещения расходов на оплату услуг представителя в сумме 30 000 рублей и 300 рублей в возмещение уплаты государственной пошлины отменено, принято в данной части новое решение об отказе в удовлетворении указанных требований. В остальной части решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе заявитель ФИО1, ссылаясь на необоснованность и нарушение норм материального права, несоответствие выводов суда апелляционной инстанции фактическим обстоятельствам дела, просит отменить апелляционное определение.

В кассационном представлении прокурор Республики Татарстан ссылается на нарушение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, просит отменить апелляционное определение, направить дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Отделением Фонда пенсионного и социального страхования по <адрес> представлен отзыв, в котором выражает несогласие с доводами кассационной жалобы и кассационного представления, просит апелляционное определение оставить без изменения.

В судебном заседании представитель ООО «Производственное предприятие «Технология Вентиляции» ФИО5 с доводами кассационной жалобы и кассационного представления не согласился, пояснил, что дорожно-транспортное происшествие произошло во время обеденного перерыва работника, во время которого они не исполняли трудовых обязанностей. Выезд за пределы территории предприятия во время обеденного перерыва не запрещено правилами внутреннего трудового распорядка. Обеденный перерыв работники используют по своему усмотрению. В день несчастного случая, ФИО3 и ФИО4, выехали в обеденный перерыв по своим личным делам, какого-либо задания по поручению работодателя не выполняли. На территории предприятия имеется оборудованное место для приема пищи. Просил апелляционное определение оставить без изменения, в удовлетворении кассационной жалобы и кассационного представления отказать.

Представитель ОСФР по Республике Татарстан ФИО6, принимавшая участие в судебном заседании с использованием видеоконференц-связи Ново-Савинского районного суда г. Казани возражала против доводов кассационной жалобы и кассационного представления, поскольку доказательств исполнения трудовых обязанностей во время обеденного перерыва не установлено.

Иные лица, участвующие в деле, правом участия в судебном заседании кассационной инстанции не воспользовались, надлежащим образом уведомлены о принятии кассационной жалобы и кассационного представления к производству и назначении судебного заседания, в том числе посредством размещения соответствующей информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в соответствии с частью 2.1. статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

До начала судебного разбирательства в суде кассационной инстанции представителем истца ФИО12 заявлено ходатайство об отложении судебного разбирательства в связи с госпитализацией, которое судебной коллегией кассационного суда признано не подлежащим удовлетворению на основании статьи 167, части 5 статьи 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ввиду отсутствия документов, подтверждающих доводы заявителя, а также с учетом того, что приведенные обстоятельства не являются безусловным основанием к отложению дела.

На основании статей 167, 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия посчитала возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

Проверив материалы дела, изучив доводы кассационного представления, кассационной жалобы, возражения на них, заслушав представителя ООО «Производственное предприятие «Технология Вентиляции», представителя ОСФСР по Республике Татарстан, заключение прокурора, поддержавшего доводы кассационного представления, судебная коллегия по гражданским дела Шестого кассационного суда общей юрисдикции приходит к следующему.

Согласно части первой статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Как установлено судом и следует из материалов дела, на основании трудового договора от 24 марта 2021 г. ФИО3 работал в должности специалиста по автоматике в ООО «Производственное предприятие «Технология Вентиляции».

Истец ФИО1 является матерью ФИО3

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 погиб в результате дорожно-транспортного происшествия.

Приказом ООО «Производственное предприятие «Технология Вентиляции» от ДД.ММ.ГГГГ по данному факту создана комиссия по расследованию обстоятельств происшествия.

Из акта о расследовании несчастного случая от 17 ноября 2022 г. следует, слесарь-сборщик холодильного оборудования 4 разряда ФИО4 и специалист по автоматике ФИО3 пришли на работу в 8.00 часов по адресу: <адрес>. Занимались своими должностными обязанностями. В 12.00 часов начался обед. Примерно в 12.18 часов водитель ФИО4, управляя собственным автомобилем KIA RIO, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, двигался по проезжей части улицы Химическая, г. Казани со стороны улицы Беломорская в направлении улицы Центральная поселка Новониколаевский Зеленодольского района Республики Татарстан. В пути следования у строения № по улице Химическая автомобиль KIA RIO под управлением ФИО4 совершил столкновение с двигающимся в попутном направлении автомобилем ГАЗ 333021, государственный регистрационный знак <данные изъяты> под управлением ФИО7 В результате столкновения водитель ФИО4 потерял контроль над управлением своего транспортного средства, совершил наезд на препятствие в виде бордюрного камня с последующим опрокидыванием. В результате дорожно-транспортного происшествия пассажиру автомобиля KIA RIO ФИО3 причинены телесные повреждения, от которых он скончался на месте дорожно-транспортного происшествия, а водителю ФИО4 причинены телесные повреждения.

Комиссия квалифицировала несчастный случай, произошедший с ФИО3 и ФИО4, как не связанный с производством, так как несчастный случай произошел в нерабочее время, в обеденный перерыв, не при исполнении работниками ФИО3 и ФИО4 трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя, а также не при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах.

Разрешая заявленные требования, принимая решение о признании случая, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ с ФИО3 несчастным случаем, связанным с производством, суд первой инстанции исходил из того, что травма, в результате которой погиб ФИО3, была получена им в обеденный перерыв, который хотя и не является рабочим временем, но в силу своего функционального назначения приравнивается к нему, при этом работодатель не обеспечил условий для приема пищи работниками на рабочем месте.

Удовлетворяя частично требования ФИО1 о компенсации морального вреда, суд исходил из того, что работодатель в нарушение требований статей 22, 212, 227 Трудового кодекса Российской Федерации не обеспечил безопасные условия труда, в результате чего произошел несчастный случай на производстве, повлекший за собой причинение вреда здоровью работника, кроме того работодатель неправомерно не признал несчастный случай связанным с производством.

Принимая во внимание степень физических, нравственных страданий истца, возраст погибшего, которому на дату смерти было 25 лет, учитывая фактические обстоятельства, повлекшие гибель ФИО3, требования разумности и справедливости, суд первой инстанции пришел к выводу о взыскании с ООО «Производственное предприятие «Технология Вентиляции» в пользу истца компенсации морального вреда в сумме 200 000 рублей.

Также суд первой инстанции в соответствии с требованиями статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации взыскал с ООО «Производственное предприятие «Технология Вентиляции» расходы на оплату услуг представителя в размере 30 000 рублей.

При этом оснований для удовлетворения исковых требований об отмене акта о расследовании группового несчастного случая от 17 ноября 2022 г. суд первой инстанции не усмотрел, указав, что такой способ защиты права не предусмотрен законом.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статей 212, 227, 229, 229.2, 230, 231 Трудового кодекса Российской Федерации, статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 г. № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», пункта 3 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденного постановлением Минтруда России от 24 октября 2002 г. № 73, с учетом установленных фактических обстоятельств дела, с выводами суда первой инстанции в части признания несчастного случая, связанного с производством не согласился.

При этом суд апелляционной инстанции указал, что суд первой инстанции верно установил, что несчастный случай произошел с ФИО3, являющимся работником ООО «Производственное предприятие «Технология Вентиляции» во время обеденного перерыва за пределами территории производственной базы. Указанные действия работника расценены судом как осуществление им правомерных действий, направленных на естественную потребность в получении пищи, что стало фактически единственным основанием для признания несчастного случая связанным с производством.

Не соглашаясь с выводами суда первой инстанции в части признания несчастного случая связанным с производством, суд апелляционной инстанции отметил, что судом не дана правовая оценка приводимым ответчиком ООО «Производственное предприятие «Технология Вентиляции» доводам о том, что дорожно-транспортное происшествие в результате которого причинен вред здоровью произошло не на территории работодателя, работник не находился на рабочем месте, не выполнял распоряжений работодателя, легковой автомобиль KIA RIO принадлежал ФИО4, по вине которого произошло дорожно-транспортное происшествие.

Кроме того, судом первой инстанции, согласно выводов суда апелляционной инстанции не оценено соответствуют ли установленные обстоятельства дорожно-транспортного происшествия (время, место и другие), обстоятельствам, указанным в части третьей статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации, принимая во внимание, что законодателем установлен единственный случай признания несчастного случая связанным с производством, если работник следовал к месту работы или возвращался с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), все остальные случаи так или иначе связаны с исполнением работником трудовых обязанностей. Выезд работника за пределы территории предприятия в обеденный перерыв по личным делам, к таким случаям положениями части третьей статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации не отнесено.

Поскольку у работодателя не имеется собственной столовой, где работникам предписано принимать пищу, но имеется оборудованная комната для приема пищи, что, тем не менее, не исключает возможности пользования работником для приема пищи во время перерыва услугами организаций общественного питания, а также использование перерыва по своему усмотрению.

Факт получения ФИО3 травмы ДД.ММ.ГГГГ при нахождении за пределами рабочего места, в рабочее время и вследствие исполнения им своих должностных обязанностей, материалами дела не подтвержден, то есть отсутствует совокупность факторов, наличие которых позволила быть признать несчастный случай, связанный с производством. В то время, как сам факт смерти работника и наличие трудовых отношений между ним и ответчиком не является достаточным основанием для квалификации травмы, полученной сыном истца, как связанной с производством.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции не нашел правовых оснований для признания несчастного случая, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ с ФИО3, связанным с производством, поскольку травма получена работником во время обеденного перерыва без непосредственной связи с исполнением им своей трудовой функции, за пределами территории предприятия, в отсутствии доказательств, подтверждающих нахождение ФИО3 в данном месте в интересах работодателя, то есть наличия причинной связи между несчастным случаем и производственной необходимостью.

Также суд апелляционной инстанции не согласился с выводом суда первой инстанции о наличии оснований для удовлетворения требования ФИО1 о взыскании с ООО «Производственное предприятие «Технология Вентиляции» компенсации морального вреда в соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку вина работодателя в дорожно-транспортном происшествии, в причинении работнику тяжкого вреда здоровью, в его смерти не установлена.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, об отмене решения суда первой инстанции в части признания несчастного случая, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ с ФИО3, несчастным случаем, связанным с производством, взыскании с ООО «Производственное предприятие «Технология Вентиляции» в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в сумме 200 000 рублей, расходов на представителя 30 000 рублей и 300 рублей и расходов по уплате государственной пошлины, с принятием нового решения об отказе ФИО1 в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В остальной части решение суда сторонами не обжаловалось и предметом апелляционного рассмотрения не являлось.

Судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции находит выводы суда апелляционной инстанций обоснованными и не усматривает оснований для отмены судебного постановления в пределах доводов кассационной жалобы и кассационного представления, поскольку приведенные выше выводы суда апелляционной инстанции соответствуют нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения, а также обстоятельствам данного гражданского дела.

Согласно положениям Конституции Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (часть 1 статьи 41), на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37).

Частью 1 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что расследованию и учету в соответствии с главой 36 Трудового кодекса Российской Федерации подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

В соответствии с частью 3 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; отравление; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными, в том числе насекомыми и паукообразными; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли:

в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни;

при следовании к месту выполнения работы или с работы на транспортном средстве, предоставленном работодателем (его представителем), либо на личном транспортном средстве в случае использования личного транспортного средства в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) или по соглашению сторон трудового договора;

при следовании к месту служебной командировки и обратно, во время служебных поездок на общественном или служебном транспорте, а также при следовании по распоряжению работодателя (его представителя) к месту выполнения работы (поручения) и обратно, в том числе пешком;

при следовании на транспортном средстве в качестве сменщика во время междусменного отдыха (водитель-сменщик на транспортном средстве, проводник или механик рефрижераторной секции в поезде, член бригады почтового вагона и другие);

при работе вахтовым методом во время междусменного отдыха, а также при нахождении на судне (воздушном, морском, речном, рыбопромысловом) в свободное от вахты и судовых работ время;

при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах, в том числе действий, направленных на предотвращение катастрофы, аварии или несчастного случая.

Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат также события, указанные в части третьей настоящей статьи, если они произошли с лицами, привлеченными в установленном порядке к участию в работах по предотвращению катастрофы, аварии или иных чрезвычайных обстоятельств либо в работах по ликвидации их последствий.

При несчастных случаях, указанных в статье 227 настоящего Кодекса, работодатель (его представитель) обязан: немедленно организовать первую помощь пострадавшему и при необходимости доставку его в медицинскую организацию; принять неотложные меры по предотвращению развития аварийной или иной чрезвычайной ситуации и воздействия травмирующих факторов на других лиц; сохранить до начала расследования несчастного случая обстановку, какой она была на момент происшествия, если это не угрожает жизни и здоровью других лиц и не ведет к катастрофе, аварии или возникновению иных чрезвычайных обстоятельств, а в случае невозможности ее сохранения - зафиксировать сложившуюся обстановку (составить схемы, провести фотографирование или видеосъемку, другие мероприятия); в установленный настоящим Кодексом срок проинформировать о несчастном случае органы и организации, указанные в настоящем Кодексе, других федеральных законах и иных нормативных правовых актах Российской Федерации, а о тяжелом несчастном случае или несчастном случае со смертельным исходом - также родственников пострадавшего; принять иные необходимые меры по организации и обеспечению надлежащего и своевременного расследования несчастного случая и оформлению материалов расследования в соответствии с настоящей главой (абзацы первый, второй, пятый и шестой статьи 228 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно части 1 статьи 229 Трудового кодекса Российской Федерации для расследования несчастного случая работодатель (его представитель) незамедлительно образует комиссию в составе не менее трех человек.

Частью 9 статьи 229 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что расследование несчастного случая, происшедшего в результате катастрофы, аварии или иного повреждения транспортного средства, проводится комиссией, образуемой работодателем (его представителем) в соответствии с порядком, установленным частями первой и второй настоящей статьи, с обязательным использованием материалов расследования катастрофы, аварии или иного повреждения транспортного средства, проведенного соответствующим федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности, органами дознания, органами следствия и владельцем транспортного средства.

Сроки расследования несчастного случая установлены статьей 229.1 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно положениям частей 1 и 2 которой расследование несчастного случая (в том числе группового), в результате которого один или несколько пострадавших получили легкие повреждения здоровья, проводится комиссией в течение трех календарных дней. Расследование несчастного случая (в том числе группового), в результате которого один или несколько пострадавших получили тяжелые повреждения здоровья, либо несчастного случая (в том числе группового) со смертельным исходом проводится комиссией в течение 15 календарных дней. Несчастный случай, о котором не было своевременно сообщено работодателю или в результате которого нетрудоспособность у пострадавшего наступила не сразу, расследуется в порядке, установленном настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, по заявлению пострадавшего или его доверенного лица в течение одного месяца со дня поступления указанного заявления.

По требованию комиссии (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственного инспектора труда, самостоятельно проводящего расследование несчастного случая) в необходимых для проведения расследования случаях работодатель за счет собственных средств обеспечивает: выполнение технических расчетов, проведение лабораторных исследований, испытаний, других экспертных работ и привлечение в этих целях специалистов-экспертов; фотографирование и (или) видеосъемку места происшествия и поврежденных объектов, составление планов, эскизов, схем, а также предоставление информации, полученной с видеокамер, видеорегистраторов и других систем наблюдения и контроля, имеющихся на месте происшедшего несчастного случая; предоставление транспорта, служебного помещения, средств связи, а также средств индивидуальной защиты для непосредственного проведения мероприятий, связанных с расследованием несчастного случая (часть 2 статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 3 статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что материалы расследования несчастного случая включают: приказ (распоряжение) о создании комиссии по расследованию несчастного случая, а также о внесении изменений в ее состав (при наличии); планы, эскизы, схемы, протокол осмотра места происшествия, а при необходимости фото- и видеоматериалы; документы, характеризующие состояние рабочего места, наличие опасных и (или) вредных производственных факторов; выписки из журналов регистрации инструктажей по охране труда и протоколов проверки знания пострадавшими требований охраны труда; протоколы опросов очевидцев несчастного случая и должностных лиц, объяснения пострадавших; экспертные заключения, результаты технических расчетов, лабораторных исследований и испытаний; медицинское заключение о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести; медицинское заключение о возможном нахождении пострадавшего при его поступлении в медицинскую организацию в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения (отравления), выданное по запросу работодателя (его представителя); копии документов, подтверждающих выдачу пострадавшему средств индивидуальной защиты в соответствии с действующими нормами; выписки из ранее выданных работодателю и касающихся предмета расследования предписаний государственных инспекторов труда и должностных лиц территориального органа соответствующего федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по государственному надзору в установленной сфере деятельности (если несчастный случай произошел в организации или на объекте, подконтрольных этому органу), а также выписки из представлений профсоюзных инспекторов труда об устранении выявленных нарушений требований охраны труда; решение о продлении срока расследования несчастного случая (при наличии); другие документы по усмотрению комиссии.

Конкретный перечень материалов расследования определяется председателем комиссии в зависимости от характера и обстоятельств несчастного случая (часть 4 статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 5 статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что на основании собранных материалов расследования комиссия устанавливает, в частности, обстоятельства и причины несчастного случая, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем либо участием в его производственной деятельности, квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством.

Несчастный случай на производстве является страховым случаем, если он произошел с застрахованным или иным лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть 7 статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации).

Правовое регулирование отношений по возмещению вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, осуществляется по нормам Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (далее также - Федеральный закон от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ).

Обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний подлежат в числе других физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, заключенного со страхователем (абзац второй пункта 1 статьи 5 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ).

Несчастным случаем на производстве в силу абзаца десятого статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных данным федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В абзаце третьем пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 г. № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" содержатся разъяснения о том, что для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать следующие юридически значимые обстоятельства:

- относится ли пострадавший к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя (часть 2 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации);

- указано ли происшедшее событие в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев (часть 3 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации);

- соответствуют ли обстоятельства (время, место и другие), сопутствующие происшедшему событию, обстоятельствам, указанным в части 3 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации;

- произошел ли несчастный случай на производстве с лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (статья 5 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ);

- имели ли место обстоятельства, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством (исчерпывающий перечень таких обстоятельств содержится в части 6 статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации), и иные обстоятельства.

Из изложенного правового регулирования следует, что физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, подлежат обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

По общему правилу несчастным случаем на производстве признается и подлежит расследованию в установленном порядке событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах как на территории работодателя, так и за ее пределами, повлекшее необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Для расследования несчастного случая работодателем (его представителем) образуется комиссия. По ее требованию в зависимости от характера и обстоятельств несчастного случая за счет средств работодателя для проведения расследования могут привлекаться специалисты-эксперты, заключения которых приобщаются к материалам расследования. На основании собранных материалов расследования комиссия устанавливает, в том числе обстоятельства и причины несчастного случая с работником, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем, и квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством.

Удовлетворяя исковые требования ФИО1, суд первой инстанции исходил из того, что произошедший ДД.ММ.ГГГГ случай с ФИО3 имел место во время установленного обеденного перерыва, который не является рабочим, но в силу своего функционального назначения приравнивается к нему, в связи с чем, подлежит квалификации как несчастный случай на производстве.

Не согласившись с выводами суда первой инстанции суд апелляционной инстанции, действуя в пределах своей компетенции по оценке доказательств, обоснованно пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для признания несчастного случая, произошедшего с ФИО3 связанным с производством. При этом суд исходил из того, что смерть ФИО3 наступила во время обеденного перерыва, не при исполнении трудовых обязанностей, участок дороги, где произошло дорожно-транспортное происшествие не относится к территории ООО «Производственное предприятие «Технология Вентиляции», доказательств, подтверждающих нахождение ФИО3 в данном месте и интересах работодателя, то есть наличия причинной связи между несчастным случаем и производственной необходимостью не установлено.

Суд кассационной инстанции соответствующий вывод суда апелляционной инстанции считает правильным.

Согласно статье 108 Трудового кодекса российской Федерации в течение рабочего дня (смены) работнику должен быть предоставлен перерыв для отдыха и питания продолжительностью не более двух часов и не менее 30 минут, который в рабочее время не включается. Правилами внутреннего трудового распорядка или трудовым договором может быть предусмотрено, что указанный перерыв может не предоставляться работнику, если установленная для него продолжительность ежедневной работы (смены) не превышает четырех часов.

Время предоставления перерыва и его конкретная продолжительность устанавливаются правилами внутреннего трудового распорядка или по соглашению между работником и работодателем.

На работах, где по условиям производства (работы) предоставление перерыва для отдыха и питания невозможно, работодатель обязан обеспечить работнику возможность отдыха и приема пищи в рабочее время. Перечень таких работ, а также места для отдыха и приема пищи устанавливаются правилами внутреннего трудового распорядка.

Из анализа приведенных норм следует, что в обеденный перерыв работник свободен от исполнения трудовых обязанностей и может использовать его по своему усмотрению.

В соответствии с пунктом 3.1 трудового договора, заключенного между ООО «Производственное предприятие «Технология Вентиляции» и ФИО3 была установлена пятидневная рабочая неделя по графику с 8.00 часов до 17.00 часов, с перерывом на обед с 12.00 часов до 13.00 часов, выходные дни-суббота, воскресенье.

Все обстоятельства, на которые ссылаются ФИО1 в кассационной жалобе и прокурор в кассационном представлении в обоснование своих доводов получили соответствующую правовую оценку при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, исходя из положений подлежащего применению к отношениям сторон законодательства.

Доводы о том, что ФИО3 со своим коллегой ФИО4 находились в специальной одежде с логотипом работодателя, что не исключает факта выезда за территорию работодателя по производственным делам, а также возможно и для приема пищи, поскольку работодателем не организовано место для питания, носят предположительный характер являлись предметом оценки суда апелляционной инстанции, отклонены судом по мотивам, изложенным в судебном постановлении, оснований не согласится с которой судебная коллегия не усматривает.

Указанные доводы не опровергают выводы суда апелляционной инстанции о том, что, находясь на личном автомобиле ФИО4, за территорией работодателя, во время обеденного перерыва, не при исполнении трудовых обязанностей, несчастный случай произошедший с ФИО3, повлекший его смерть не может быть квалифицирован как несчастный случай, связанный с производством.

Совокупностью исследованных по делу обстоятельств установлено, что цель поездки ФИО8 на автомобиле ФИО4 во время обеденного перерыва не была связана с трудовой деятельностью.

Доводы кассационной жалобы и кассационного представления о наличии правовых оснований для удовлетворения заявленных исковых требований в полном объеме основаны на неверном, ошибочном толковании норм материального права, а потому не влекут отмену обжалуемого судебного постановления.

Вопреки доводам кассационной жалобы, из материалов дела следует, что, в соответствии со статьями 12, 56, 57, 59 и 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции правильно установил обстоятельства, имеющие значение для дела, всесторонне, полно и объективно исследовал представленные сторонами по делу доказательства, дал им надлежащую правовую оценку с точки зрения относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности и достаточности доказательств в их совокупности, отразив результаты их оценки в судебном акте.

Несогласие с толкованием судами норм материального права, подлежащих применению к спорным правоотношениям, а также с оценкой представленных в дело доказательств, к чему сводятся приведенные в кассационной жалобе и кассационном представлении доводы, не могут являться основанием для отмены правильного судебного постановления.

Кассационная инстанция при проверке законности судебных постановлений нижестоящих судов не вправе входить в обсуждение фактической стороны дела. Исследование и оценка представленных лицами, участвующими в деле, доказательств в подтверждение своих доводов и возражений, установление обстоятельств, на которых основаны изложенные в судебных постановлениях выводы, отнесены законом к исключительной компетенции судов первой и апелляционной инстанций.

Доводы кассационного представления о не привлечении прокурора к участию в деле для дачи заключения, безусловным основанием для отмены постановленного судебного акта не является и правильных по существу выводов суда апелляционной инстанции не опровергает, поскольку для дачи заключения прокурор вправе вступить в дело на любой стадии процесса, если этого требует защита прав граждан и охраняемых законом интересов общества или государства. Указанное упущение было устранено в суде кассационной инстанции.

Кассационная жалоба и представление прокурора не содержат указаний на обстоятельства, которые не были учтены судом апелляционной инстанции и не получили правовую оценку.

При таких данных судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит предусмотренных статьей 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены обжалуемого судебного постановления.

Руководствуясь статьями 390 - 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 16 сентября 2024 г. оставить без изменения, кассационное представление прокурора Республики Татарстан, кассационную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Председательствующий                        О.И. Никонова

Судьи                                    Е.В. Федотова

                                        О.Р. Пиндюрина

Мотивированное кассационное определение составлено 14 марта 2025 г.