ШЕСТОЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

            № 77-1539/2020

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

суда кассационной инстанции

21 июля 2020 года                                             г. Самара

Судебная коллегия по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего Краснова С.Б.,

судей Посоховой С.В. и Муромцевой Л.К.,

при секретаре Кораблевой А.С.,

с участием:

осужденного Гребенникова М.В.,

защитника осужденного - адвоката Ермакова Д.В.,

потерпевших ФИО4 и ФИО5,

представителя потерпевших – адвоката Старикова А.А.,

прокурора Дупака Д.О.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационной жалобе защитника осужденного Гребенникова М.В. - адвоката Ермакова Д.В., а также кассационной жалобе потерпевших ФИО4, ФИО5 и ФИО6 о пересмотре приговора Бугурусланского районного суда Оренбургской области от 14 ноября 2019 года и апелляционного постановления Оренбургского областного суда от 13 февраля 2020 года.

По приговору Бугурусланского районного суда Оренбургской области от 14 ноября 2019 года

Гребенников М.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, несудимый,

осужден по ч. 3 ст. 143 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с обеспечением безопасности условий труда при производстве строительных работ на срок 1 год, с применением ст. 73 УК РФ - условно, с испытательным сроком 2 года и возложением ряда обязанностей, предусмотренных ч. 5 ст. 73 УК РФ.

Мера пресечения в отношении Гребенникова М.В. в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения.

За гражданскими истцами ФИО19 и ФИО15 признано право на удовлетворение гражданского иска о денежной компенсации морального вреда и вопрос о возмещении гражданского иска передан для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Приговором также разрешена судьба вещественных доказательств.

Апелляционным постановлением Оренбургского областного суда от 13 февраля 2020 года приговор изменен:

- из описательно-мотивировочной части приговора исключено указание на то, что суд учитывает при назначении наказания Гребенникову М.В. последствия, связанные со смертью двух лиц;

- смягчено наказание, назначенное Гребенникову М.В. по ч. 3 ст. 143 УК РФ, до 2 лет 4 месяцев лишения свободы;

- Гребенникову М.В. назначено дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с обеспечением и контролем безопасных условий труда, подчинённых работников сроком на 1 год;

- из описательно-мотивировочной части приговора исключена ссылка как на доказательство заключение эксперта негосударственного судебно-экспертного учреждения «Приволжский центр независимых экспертиз и специальных исследований» ФИО16 № 232 от 17.09.2018, как полученного с нарушением ст. 75 УПК РФ.

В остальной части приговор оставлен без изменений.

Уголовное преследование в отношении ФИО2 прекращено постановлением суда от 14 ноября 2019 года на основании ст. 25.1 УПК РФ и ст. 76.2 УК РФ в связи с применением судебного штрафа.

Заслушав доклад судьи Краснова С.Б., выступления осужденного Гребенникова М.В. и его защитника - адвоката Ермакова Д.В., поддержавших доводы своей кассационной жалобы, потерпевших ФИО4 и ФИО5, их представителя - адвоката Старикова А.А., поддержавших доводы кассационной жалобы потерпевших, прокурора Дупака Д.О., полагавшего оставить жалобы без удовлетворения, а судебные акты – без изменения, Судебная коллегия

установила:

Гребенников М.В. осуждён за нарушение требований охраны труда, являясь лицом, на которое возложены обязанности по их соблюдению, что повлекло по неосторожности смерть двух лиц.

Преступление совершено 4-ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В кассационной жалобе адвокат Ермаков Д.В., действуя в защиту интересов осуждённого Гребенникова М.В., выражает несогласие с приговором и апелляционным определением, считает их незаконными и необоснованными, постановленными с нарушением материального и процессуального права.

Полагает, что судами первой и апелляционной инстанции сделан неверный вывод о том, что Гребенников М.В. является субъектом преступления.

Считает, что вина Гребенникова М.В. установлена исходя из занимаемой должности на момент происшествия. При этом суд пришел к ошибочному выводу о том, что Гребенников М.В. являлся ответственным руководителем работ, а ФИО2 - производителем работ. Анализируя фактические обстоятельства несчастного случая, защитник приходит к выводу, что на всех этапах работ Гребенников М.В. не являлся производителем работ, его появление на месте аварии было вызвано личной инициативой и связано с проведением оперативного установления причин аварии, а также оказание практической помощи руководителю <данные изъяты> ФИО2 При этом Гребенников М.В. не имел отношения к утверждению устного плана работ на объекте, определения количества людских ресурсов для устранения последствий аварии; назначению руководителя и производителя работ; не имел полномочий и не проводил инструктаж лиц, допущенных к работе, составлению наряда –допуска на производство работ.

Давший показания в судебном заседании ФИО2, пояснил, что все указанные полномочия имелись у него, и ему не требовалось для этого распоряжений Гребенникова М.В.

Полагает, что субъектом преступления является ФИО2 и ответственный производитель работ ФИО3 Вывод судебных инстанций о том, что Гребенников М.В. являлся ответственным руководителем работ, не соответствует действительности и указывает на обвинительный уклон судов.

Обращает внимание, что в приговоре указано о том, что Гребенников М.В. нарушил положения Приказа № КБШ НТЭ –167 от 06.07.2017, а также требования Правил охраны труда в строительстве в части положений раздела «Разборка (разрушение) зданий и сооружений при их реконструкции или сносе», что явилось причиной наступления последствий в виде причинения смерти. Вместе с тем, все перечисленные в Приказе обязанности Гребенникова М.В. являются общими, не касаются данного конкретного случая и наступивших последствий.

Считает, что обвинение построено на том, что Гребенников М.В. принял необоснованные, преждевременные и недопустимые управленческие решения, которые привели к смерти потерпевших.

Утверждает, что данное обвинение содержит противоречия, поскольку полномочия Гребенникова М.В. являются профессиональным стандартом для руководителя среднего и высшего звена в ОАО «<данные изъяты>», их фиксация в приказах и должностных инструкциях не может влечь уголовную ответственность при наступлении несчастных случаев на производстве, что согласуется с п. 4 постановления Пленума ВС РФ № 41 от 29.11.2018, согласно которому субъектом ст. 143 УК РФ могут быть руководители организаций, их заместители, главные специалисты, руководители структурных подразделений организаций, специалисты службы охраны труда и иные лица, на которых в установленном законом порядке (в том числе в силу их служебного положения или по специальному распоряжению) возложены обязанности по обеспечению соблюдения требований охраны труда.

В отношении Гребенникова М.В. имеет место объективное вменение лишь по факту физического присутствия и нахождения на аварийном объекте.

Приговор основан на заключении повторной технологической экспертизы, но при этом судом первой инстанции не было учтено, что эксперт вышел за пределы своих полномочий, поскольку указал виновных лиц, доказанность их вины, дал ответы на вопросы правового характера, что является основанием для признания заключения эксперта недопустимым доказательствами.

В связи с допущенными нарушениями суд апелляционной инстанции признал заключение эксперта негосударственного судебно-экспертного учреждения «Приволжский центр независимых экспертиз и специальных исследований» недопустимым доказательством.

Защита полагают, что недопустимым является и заключение повторной технологической экспертизы, проведенной экспертом ФИО14.

Эксперт ФИО14 пояснил в суде, что он ссылается не на научные знания и специальные познания той области, в которой ему поручено производство экспертизы, а на свой жизненный опыт и сложившуюся практику взаимоотношений между должностными лицами ОАО «РЖД».

Полагает, что данное заключение лишает стороны возможности проверить достоверность выводов экспертов, что является обязательным условием законности и обоснованности экспертного исследования. Поскольку экспертиза являлась технологической, то следовало дать ответы на вопросы о причинах обрушения стены; от каких действий и распоряжений должностных лиц произошло обрушение; наличие причинной связи с последствиями.

В своей жалобе защитник просит признать недопустимыми доказательствами заключения технологических экспертиз и исключить их из перечня доказательств.

По этим же основаниям защитник просит признать недопустимым доказательством заключение специалиста ФИО13, который в суде пояснил, что не обладает специальными познаниями в области охраны труда и правил техники безопасности, не изучал должностные инструкции работников дистанции. Выводы специалиста сделаны им по предложенным формулировкам следователя. Суды первой и апелляционной инстанции не дали оценки данным обстоятельствам, что указывает на обвинительный уклон.

Считает, что Гребенников М.В. не является субъектом преступления, предусмотренного ст. 143 УК РФ, доказательств, что его действия (бездействие) связанные с нарушением правил охраны труда привели к гибели потерпевших, не имеется. После произошедшей аварии, имели место нарушения правил охраны труда, но Гребенников М.В. в силу своих служебных полномочий и действий непосредственно на месте не мог являться лицом, которое было уполномочено руководить, отдавать распоряжения, обязательные для исполнения, а выполненные им действия не могли повлечь наступившие последствия. Отсоединение шин проходных изоляторов происходило в отсутствие Гребенникова М.В., по указанию ФИО3, а ему этот приказал отдал его непосредственный руководитель ФИО2

Считает необоснованным вывод суда, что шины проходных изоляторов, отсоединение которых привело к обрушению стены и наступлению смерти потерпевших, не являлись конструктивной частью обрушившегося здания, что подтверждает наличие нарушений в сфере охраны труда, так как инструктаж был проведён только в сфере электрооборудования, но не касался производства строительных работ. С данным выводом согласился и суд апелляционной инстанции. Защитник указывает, что эти выводы суда несостоятельны, поскольку само здание как строительный объект и причины его обрушения не оценивались в ходе расследования дела и при рассмотрении в суде с точки зрения технологии строительной конструкции, соответствующие выводы в деле отсутствуют.

С учетом изложенного защитник просит отменить приговор и апелляционное постановление, Гребенникова М.В. оправдать.

В кассационной жалобе потерпевшие ФИО4, ФИО5 и ФИО6 считают назначенное осуждённому Гребенникову М.В. наказание чрезмерно мягким, просят приговор и апелляционное постановление изменить, исключить указание на ст. 73 УК РФ и назначить наказание Гребенникову М.В. в виде реального лишения свободы.

В обосновании своей жалобы указывают, что судебными инстанциями не в полной мере учтено поведение осужденного Гребенникова М.В., выразившееся в неосознании совершенного преступления, последствием которого стала гибель двух людей, полном непризнании вины, отсутствием сотрудничества со следствием, совершение действий, направленных на избежание ответственности, а также циничное отношение к потерпевшим.

Полагают, что содеянное не соразмерно назначенному наказанию и личности осужденного.

В возражениях на кассационную жалобу защитника ФИО1 государственный обвинитель ФИО7 просит оставить её без удовлетворения, а обжалуемые судебные акты - без изменения.

Проверив по материалам уголовного дела законность, обоснованность и справедливость приговора, Судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии предусмотренных уголовно-процессуальным законом оснований для его отмены и изменения.

Уголовное дело рассмотрено в общем порядке судебного разбирательства, предусмотренном гл.гл. 35-39 УПК РФ.

В ходе судебного разбирательства Гребенников М.В. не признал вину в инкриминируемом преступлении.

Между тем выводы суда о виновности Гребенникова М.В. основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, анализ и оценка которых полно и подробно приведены в приговоре.

Так вина осужденного подтверждается показаниями подсудимого ФИО2, потерпевшего ФИО4, свидетелей ФИО3, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12 и др., показаниями специалиста ФИО13, заключением и показаниями эксперта ФИО14, документами, протоколами осмотров, а также другими материалами уголовного дела, содержание которых подробно приведено в приговоре.

Доказательства, положенные судом в основу приговора, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и являются допустимыми.

Фактов, свидетельствующих об использовании в процессе доказывания вины осужденного недопустимых доказательств, судебными инстанциями не установлено. Исключение судом апелляционной инстанции из числа доказательств заключения эксперта негосударственного судебно-экспертного учреждения «Приволжский центр независимых экспертиз и специальных исследований» ФИО16 № 232 от 17.09.2018 обусловлено формальными причинами при назначении экспертизы и не ставит под сомнение допустимость других доказательств, положенных в основу обвинительного приговора.

Доводы кассационной жалобы о недопустимости заключения технологической экспертизы соответствуют доводам апелляционной жалобы защитника осужденного. При этом Судебная коллегия отмечает подробное и мотивированное обоснование выводов суда апелляционной инстанции по указанному вопросу, которое отвечает требованиям закона и основано на материалах дела.

Вопреки доводам жалоб органами следствия не допущено существенных нарушений конституционных прав и свобод человека, установленного уголовно-процессуальным законодательством порядка собирания и закрепления доказательств, а также их фальсификации, которые могут повлечь признание доказательств недопустимыми.

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, в том числе, виновность Гребенникова М.В. в содеянном, форма вины, мотив и способ совершения преступления, судом установлены с приведением в приговоре оснований принятого решения.

Приговор соответствует требованиям ст.ст. 303, 304, 307-309 УПК РФ, Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 № 55 «О судебном приговоре».

Доводы защиты о невиновности осужденного были тщательно и в полном объеме проверены судебными инстанциями, однако не нашли своего подтверждения и были признаны несостоятельными, поскольку опровергаются исследованными в судебных заседаниях доказательствами, приведенными в приговоре.

Выводы суда по указанным доводам жалобы подробно изложены в приговоре, приведенные судом аргументы убедительны и сомнений в своей объективности и правильности не вызывают.

Всем исследованным в судебном заседании доказательствам, в том числе показаниям свидетелей обвинения, показаниям подсудимого ФИО2, а также показаниям осужденного Гребенникова М.В., суд дал надлежащую оценку в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ, с точки зрения их относимости и допустимости, а в совокупности они были признаны достаточными для рассмотрения дела. При этом суд указал основания и мотивы, по которым одни из доказательств признаны им достоверными, а другие отвергнуты, правильность оценки которых сомнений не вызывает.

Судебная коллегия отмечает, что содержание кассационных жалоб в значительной части сводится к переоценке доказательств, которые оценены судом по внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся доказательств, как это предусмотрено ст. 17 УПК РФ.

Вместе с тем, несогласие стороны с оценкой доказательств не является основанием для изменения приговора в порядке, предусмотренной главой 47.1 УПК РФ, поскольку суд кассационной инстанции не исследует обстоятельства и не переоценивает какие-либо доказательства, в связи с чем исходит из признанных установленными судами первой и второй инстанций фактических обстоятельств дела, проверяя в процессе кассационного производства лишь правильность применения и толкования нижестоящими судебными инстанциями норм материального и процессуального права.

Как видно из протокола судебного заседания, судебное следствие по делу было проведено полно, объективно и всесторонне, с соблюдением принципа состязательности сторон, при этом сторонам были созданы необходимые условия для исполнения возложенных на них обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Заявленные сторонами в ходе судебного разбирательства ходатайства были разрешены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с изложением принятых решений, выводы суда надлежащим образом мотивированы; при этом отказ в удовлетворении заявленных стороной защиты ходатайств при соблюдении процедуры их рассмотрения, не является нарушением прав осужденного на защиту, а также других прав, предусмотренных ст. 47 УПК РФ.

Право Гребенникова М.В. представлять суду доказательства, выдвигать свою версию инкриминированного ему деяния и требовать её проверки, на предварительном следствии и в суде нарушено не было.

Нарушений уголовно-процессуального закона, которые бы путем лишения или ограничения прав участников уголовного судопроизводства, или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, ни в ходе предварительного, ни судебного следствия не допущено.

Суд первой инстанции, установив фактические обстоятельства дела, обоснованно квалифицировал действия осужденного Гребенникова М.В. по    ч. 3 ст. 143 УК РФ. Выводы суда о квалификации действий основаны на исследованных доказательствах, в связи с чем оснований для иной правовой оценки преступных действий осужденного, не имеется.

Вопреки доводам защитника, выводы судебных инстанций о наличии состава преступления в действиях осужденного являются верными.

Судебные инстанции правильно признали доказанным, что Гребенников М.В. являлся субъектом преступления, предусмотренного ст. 143 УК РФ, поскольку он, являясь начальником <данные изъяты> обязан был в силу приказа о распределении обязанностей от 06.07.2017 осуществлять контроль за выполнением требований законодательства РФ по охране труда, в том числе указанных в приговоре норм Правил охраны труда в строительстве. Однако Гребенников М.В., находясь на месте производства работ в силу должностных обязанностей, не только не принял мер к устранению нарушений требований охраны труда, но и дал указания, противоречащие этим требованиям, не обеспечив выполнение требований по охране труда.

Причиной несчастного случая явилась неудовлетворительная организация производства работ и многочисленные нарушения требований охраны труда, техники безопасности и обеспечения безопасности технологического процесса при производстве работ по разборке аварийного здания. Надлежащее обследование общего состояния разрушенного здания и его элементов в соответствии с требованиями Правил охраны труда в строительстве не проводилось, проект производства работ не составлялся, меры к укреплению неустойчивой стены здания не принимались, инструктаж проводился относительно электробезопасности. Несмотря на это ФИО17 и ФИО18 были допущены к работе на опасном объекте. При этом они не были в установленном порядке осведомлены об опасных производственных факторах. Кроме того, указанные работники не имели строительного образования и не могли самостоятельно оценить опасный производственный фактор в виде неустойчивой конструкции стены здания.

Суд обоснованно признал несостоятельными доводы защитника о том, что наступившие последствия находятся в причинной связи с решениями ФИО3 и ФИО2, которые дали указания разрушить целостность конструкции шин проходных изоляторов, удерживавших стену от обрушения. Судом обоснованно учтено, что при соблюдении правил охраны труда выполнение работ исключило бы наступление общественно-опасных последствий. Гребенников М.В. осужден именно в связи с тем, что при организации и проведении работ, связанных с демонтажом аварийного здания, им не были выполнены требования по соблюдению правил охраны труда.

Таким образом, Судебная коллегия приходит к выводу, что выводы суда о виновности осужденного в совершении преступления при обстоятельствах, изложенных в приговоре, соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Между действиями и бездействием Гребенникова М.В. и наступившими последствиями в виде смерти ФИО18 и ФИО17 имеется прямая причинная связь. Все доводы стороны защиты, приведенные в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции, аналогичные изложенным в апелляционной и кассационной жалобах, проверены, получили надлежащую оценку в приговоре и обоснованно отвергнуты, о чем в приговоре приведены убедительные мотивы.

Положения ст. 252 УПК РФ о том, что судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению, судом соблюдены.

С учетом изменений, внесенных судом апелляционной инстанции, наказание Гребенникову М.В. назначено в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности неосторожного преступления средней тяжести, конкретных обстоятельств дела, данных о личности осужденного, с учетом смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Все заслуживающие внимание обстоятельства учтены судебными инстанциями при назначении Гребенникову М.В. наказания в виде лишения свободы с дополнительным наказанием и с применением ст. 73 УК РФ, которое по своему виду и размеру является справедливым и соразмерным содеянному, отвечает целям исправления осужденного, и оснований считать назначенное наказание чрезмерно мягким не имеется.

Доводы, приведенные потерпевшими в жалобе, свидетельствующие о необходимости назначения более строгого наказания, основаны на эмоциональной оценке произошедшего и недостаточны для изменения обжалуемых судебных актов.

Выводы суда о невозможности применения в отношении осужденного правил, предусмотренных ч. 6 ст. 15, ст. 64 УК РФ, надлежащим образом мотивированы. Не согласиться с данными выводами оснований не имеется.

При рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке в отношении Гребенникова М.В. судом были проверены все доводы апелляционных жалоб и приведены в постановлении мотивы принятого решения. Содержание апелляционного постановления соответствует требованиям ст. 389.28 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 401.13-401.14 УПК РФ, Судебная коллегия

определила:

приговор Бугурусланского районного суда Оренбургской области от 14 ноября 2019 года и апелляционное постановление Оренбургского областного суда от 13 февраля 2020 года в отношении Гребенникова М.В. оставить без изменения, кассационные жалобы защитника осужденного Гребенникова М.В. - адвоката Ермакова Д.В., а также потерпевших ФИО4, ФИО5 и ФИО6 - без удовлетворения.

Определение может быть обжаловано в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации по правилам главы 47.1 УПК РФ.

Председательствующий

Судьи