УИД 03RS0017-01-2024-011194-07

ШЕСТОЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

Дело № 88-19959/2025

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

кассационного суда общей юрисдикции

3 декабря 2025 г.                                                                              г. Самара

Судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего Антошкиной А.А.,

судей Якимовой О.Н., Серебряковой О.И.,

рассмотрела в открытом судебном заседании с использованием видеоконференц-связи кассационную жалобу СПАО «Ингосстрах» на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховный Суд Республики Башкортостан от 26 июня 2025 г. по гражданскому делу № 2-162/2025 по иску Абайдуллина Линара Ильгизовича к СПАО «Ингосстрах», Погосян Мартину Николаевичу о защите прав потребителя, об установлении степени вины в дорожно-транспортном происшествии.

Заслушав доклад судьи Якимовой О.Н., пояснения представителя СПАО «Ингосстрах» Лукмановой Л.Ф., пояснения представителя Абайдуллина Линара Ильгизовича Буласова И.И., проверив доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, судебная коллегия

установила:

    Абайдуллин Л.И. обратился с иском к СПАО «Ингосстрах», Погосян Мартину Николаевичу о взыскании убытков, об установлении степени вины в дорожно-транспортном происшествии.

    В обоснование иска указав, что17 февраля 2024 г. в <адрес>, произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортного средства Лада 211440 под управлением Абайдуллина Л.И. и транспортного средства Лифан под управлением Погосян М.Н.

    В результате ДТП автомобиль Абайдуллина Линара Ильгизовича получил механические повреждения.

    Гражданская ответственность Абайдуллина Л.И. на момент ДТП застрахована в СПАО «Ингосстрах».

    17 апреля 2024 г. инспектором по ИАЗ ОГИБДД Управления МВД России по г. Стерлитамак старшим лейтенантом полиции ФИО6 вынесено постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении.

    Истец обратился в СПАО «Ингосстрах» с заявлением о прямом страховом возмещении убытков по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, в котором просил осуществить страховое возмещение путем организации и оплаты стоимости восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства на станции технического обслуживания.

    15 мая 2024 г. СПАО «Ингосстрах» осуществил страховую выплату денежных средств истцу в размере 27 650 руб.

    Согласно письменному ответу СПАО «Ингострах» на обращение потерпевшего, страховая выплата осуществлена в размере 50 % от размера ущерба, определенного независимой экспертизой, с учетом того, что степень вины водителей в ДТП не была установлена. Претензия о полной выплате страхового возмещения оставлена СПАО «Ингосстрах» без удовлетворения.

    23 августа 2024 г. Финансовым уполномоченным принято решение об отказе в удовлетворении требований. Страховщик мер к организации и оплате стоимости ремонта транспортного средства истца не предпринял, направление на СТОА не выдал, соглашение в письменной форме об изменении способа возмещения вреда с натуральной формы на денежную, между потерпевшим и страховщиком не заключалось.

    Согласно заключению ООО «АшкадарЭксперт» № от 29 мая 2024 г. рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля                Лада 211440 составляет 68 800 руб. (без учета износа), 55 400 руб. (с учетом износа), согласно Методическим рекомендациям ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России - 99 529,30 руб.

    Истец полагает вину в дорожно-транспортном происшествии ответчика Погосян М.Н., допустившего нарушение правил дорожного движения при совершении обгона автомобиля под управлением истца.

    СПАО «Ингосстрах» необоснованно отказало в проведении восстановительного ремонта транспортного средства истца, в том числе, и при наличии обоюдной вины водителей, в связи с чем, обязано возместить истцу убытки в виде рыночной стоимости такого ремонта.

    С учетом уточненных требований истец просил установить вину Погосяна М.Н. в дорожно-транспортном происшествии, произошедшего                     17 февраля 2024 г. по адресу: <адрес>, в размере 100%, взыскать с ответчика СПАО «Ингосстрах» убытки в размере 71 874,93 руб., неустойку в размере 71 874,93 руб., штраф в размере 71 874,93 руб., неустойку за период со дня вынесения решения суда по день фактического исполнения решения суда за каждый день просрочки из расчета 1% в день суммы убытков в размере 71 874,93 руб., взыскать понесенные судебные расходы.

    Решением Стерлитамакского городского суда Республики Башкортостан от 19 марта 2025 г. в удовлетворении исковых требований отказано.

        Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховный Суд Республики Башкортостан от 26 июня 2025 г. решение суда отменено, принято по делу новое решение, которым постановлено исковые требования удовлетворить частично. Взыскать с СПАО «Ингосстрах» в пользу Абайдуллина Л.И. убытки 22 114,65 руб., штраф 17 168,50 руб., неустойку 112 049,22 руб., неустойку за период с 27 июня 2025 г. по день фактического исполнения обязательства, исходя из расчета 1 % от суммы недоплаченного страхового возмещения, не более 287 950,78 руб., расходы на оплату услуг представителя 22 473 руб., расходы на оформление доверенности 1 573,11 руб., почтовые расходы 781,75 руб. Взыскать с СПАО «Ингосстрах» в доход местного бюджета государственную пошлину 5 846 руб.

В кассационной жалобе заявитель просит отменить судебные акты, как незаконные и необоснованные, вынесенные с нарушением норм права.

Информация о рассмотрении кассационной жалобы в соответствии с положениями Федерального закона от 22 декабря 2008 г. № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» размещена на официальном сайте Шестого кассационного суда общей юрисдикции в сети Интернет (https//6kas.sudrf.ru/).

Согласно части первой статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в кассационной жалобе, судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции находит жалобу не подлежащей удовлетворению.

            Судами установлено, что 17 февраля 2024 г. по адресу: <адрес>, произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортного средства Лада 211440 под управлением Абайдуллина Л.И. и транспортного средства Лифан под управлением Погосян Мартина Николаевича. В результате ДТП автомобиль Абайдуллина Л.И. получил механические повреждения.

            23 апреля 2024 г. истец обратился в СПАО «Ингосстрах» в порядке прямого возмещения убытков, не указав конкретную форму страхового возмещения, что предполагает обязанность страховщика выдать направление на ремонт на СТОА.

            Согласно заключению страховой компании ООО «НИК» стоимость восстановительного ремонта по Единой методике, без учета износа, составляет 68 674 руб., с учетом износа 55 350 руб.

            15 мая 2024 г. СПАО «Ингосстрах» на обращение Абайдуллина Л.И. направило ответ об осуществлении выплаты страхового возмещения в размере 50 % от размера ущерба, определенного независимой экспертизой 27 650 руб. (стоимость ремонта с учетом износа по заключению эксперта страховой компании 55 350/2). Одновременно сообщено о готовности вернуться к рассмотрению претензии в случае получения решения суда, определяющего степень вины участников ДТП.

            15 мая 2024 г. СПАО «Ингосстрах» произвело страховую выплату в размере 27 650 руб.

            Абайдуллин Л.И. с размером страхового возмещения не согласился, просил произвести страховую выплату в полном размере.

            26 июня 2024 г. СПАО «Ингосстрах» направил в адрес истца ответ, в котором отказал в удовлетворении заявления истца о восстановлении нарушенного права.

            23 августа 2024 г. финансовым уполномоченным по правам потребителей финансовых услуг в адрес истца направлено решение об отказе в удовлетворении требований.

            При этом финансовый уполномоченный исходил из того, что материалы обращения не содержат сведений о согласии потерпевшего на доплату за проведение восстановительного ремонта транспортного средства, следовательно, страховщик обоснованно сменил форму возмещения, произвел страховую выплату с учетом обоюдной вины водителей в ДТП исходя из стоимости ремонта с учетом износа.

            Определением Стерлитамакского городского суда Республики Башкортостан от 18 октября 2024 г. по делу была назначена комплексная судебная автотехническая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ООО «Оценка. Бизнес. Развитие».

            Согласно заключению эксперта механические повреждения на транспортном средстве, совпадают между собой по форме и локализации, что указывает на возможность их образования при взаимном контактном взаимодействии, при заявленных обстоятельствах.

            Экспертом определен механизм дорожно-транспортного происшествия:                17 февраля 2024 г. рядом с <адрес>, в процессе движения в прямом направлении, водитель автомобиля LIFAN совершил столкновение с движущимся в попутном направлении впереди и совершающим маневр поворот налево автомобилем LADA 211440. Столкновение произошло передней правой угловой частью автомобиля LIFAN с левым боком (задней частью) автомобиля LADA 211440. В результате блокирующего эксцентрического контактного взаимодействия автомобиль LIFAN по инерции продолжил движение прямо. Автомобиль LADA 211440 впоследствии остановился. Столкновение произошло на полосе, предназначенной для встречного движения транспортного средства. Перекрытие в момент столкновения было частичным. Расположение транспортного средства относительно друг от друга между продольными осями под острым углом.

            Водитель автомобиля LADA 211440 должен был руководствоваться                        п.п. 1.5, 2.3.1, 8.1, 8.2, 8.5 ПДД РФ и п.п. 3.10, 3.11 Приложения к ПДД РФ.                        А именно действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения. Перед выездом проверить техническое состояние транспортного средства. В процессе движения, заблаговременно приняв крайнее левое положение включить указатель поворота, в случае неработающих светофоров указывать направления движения сигналами рукой. При обнаружении неисправности в процессе движения, устранить неисправность, либо двигаться с соблюдением мер предосторожности к месту устранения неисправностей. При не горящих габаритных огнях в темное время суток или в условиях недостаточной видимости немедленно прекратить движение.

            Водитель автомобиля ЛИФАН должен был руководствоваться п.п. 9.10, 10.1 ПДД РФ, а именно в процессе движения соблюдать дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения. При возникновении опасности для движения, принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

            Установлено что с технический точки зрения в действиях водителя автомобиля LADA 211440 усматриваются несоответствия требованиям п. 8.1. ПДД РФ, которые находятся в причинной связи с ДТП.                                                              С технической точки зрения по представленной информации и производственному исследованию, дать оценку действиям водителя автомобиля LIFAN о соответствии требованиям ПДД РФ не предоставляется возможным.

            Определяя вину в дорожно-транспортном происшествии, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что оно произошло по вине обоих водителей: Погосяна М.Н. управлявшего автомобилем Лифан, допустившего нарушения п.п. 1.5, 8.1 ПДД РФ при выезде на полосу встречного движения, поскольку перед началом маневра он не убедился в безопасности его совершения; водителя Лада 21140 Абайдуллина Л.И. допустившего нарушение правил дорожного движения при совершении маневра поворот налево и не убедившегося в безопасности его совершения. Исходя из этого суд определил равную степень вину водителей по 50 %.

            Суд не усмотрел оснований для удовлетворения требований истца к                      СПАО «Ингосстрах», полагая, что ответчиком страховая выплата произведена в полном объеме с учетом обоюдной вины водителей.

            Суд апелляционной инстанции согласился с установленной судом равной степенью вины водителей в дорожно-транспортном происшествии, указав следующее.

            Для наступления ответственности за причинение вреда необходимо установление противоправности поведения причинителя вреда, факта наступления вреда, причинной связи между противоправным поведением и наступившим вредом, вины причинителя вреда. Отсутствие вины доказывает причинитель вреда.

            В связи с этим факт наличия или отсутствия вины сторон в указанном дорожно-транспортном происшествии является обстоятельством, имеющим юридическое значение для правильного разрешения настоящего дела.

            Вина в дорожно-транспортном происшествии обусловлена нарушением его участниками Правил дорожного движения Российской Федерации.

            Согласно письменным объяснениям Абайдуллина Л.И., данным по факту ДТП, 17 февраля 2024 г. в 18 часов он управлял транспортным средством Лада 211440, двигался по <адрес> включил левый поворотник заблаговременно и повернул к себе во двор убедившись в безопасности маневра, до совершения поворота его автомобиль получил удар в левую сторону от автомобиля Лифан который двигался по полосе встречного движения, он протер фары и поворотники и проверил, что все работало. Столкновение его автомобиля пришлось на заднюю левую часть.

            Согласно письменным объяснениям Погосян М.Н. данным в ходе проведения административного расследования в рамках проверки по факту ДТП от 17 февраля 2024 г., он ехал по <адрес> впереди ехал ВАЗ 2114 со скоростью 40-45 км/ч и резко перед ним затормозил ВАЗ 2114, у ВАЗ 2114 не сработал поворотный сигнал налево, он принял влево, в этот момент произошло столкновение.

            Из схемы места ДТП следует, что место столкновения транспортных средств находится на встречной полосе движения для обоих автомобилей.

            Таким образом, из объяснений водителей, схемы ДТП, объяснений водителей, заключения судебного эксперта усматривается следующий механизм дорожно-транспортного происшествия: 17 февраля 2024 г. на придомовой территории рядом с <адрес>, водитель Погосян М.Н. управлявший автомобилем Лифан совершил выезд на полосу встречного движения при объезде автомобиля Лада 21140 под управлением Абайдуллина Л.И. который осуществлял поворот налево на дворовую территорию, в результате чего произошло столкновение.

            Согласно материалам дела об административном правонарушении, достоверно не следует, что в момент ДТП водитель Погосян М.Н. совершал маневр обгона автомобиля Лада 21140 под управлением Абайдуллина Л.И.

             В силу пункта 1.3 Правил дорожного движения, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. № 1090 (далее - Правила дорожного движения) участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

              Пунктом 1.5 Правил дорожного движения определено, что участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

    В соответствии с пунктом 8.1 упомянутых Правил при выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Положения пункта 9.10 ПДД РФ, обязывают водителя соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения.

Согласно пункту 10.1 ПДД РФ водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности, видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

В данном случае указанные требования правил ответчиком не выполнены, скорость в указанной дорожной ситуации не позволяла Погосяну М.Н. обеспечить постоянный контроль за движением транспортного средства, а также достаточную дистанцию до движущегося впереди транспортного средства. При этом при совершении маневра Погосян М.Н. допустил выезд на полосу встречного движения.

В то же время суд апелляционной инстанции усмотрел наличие вины истца при совершении маневра поворота налево.

Согласно п. 8.1,8.2, 8.5,8.6 ПДД РФ перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Подача сигнала указателями поворота или рукой должна производиться заблаговременно до начала выполнения маневра и прекращаться немедленно после его завершения (подача сигнала рукой может быть закончена непосредственно перед выполнением маневра). При этом сигнал не должен вводить в заблуждение других участников движения.

Подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности.

Перед поворотом направо, налево или разворотом водитель обязан заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении, кроме случаев, когда совершается поворот при въезде на перекресток, где организовано круговое движение.

Поворот должен осуществляться таким образом, чтобы при выезде с пересечения проезжих частей транспортное средство не оказалось на стороне встречного движения.

Следовательно, любой маневр (в том числе маневр поворота) должен быть безопасным и водитель, перед его совершением, и в процессе его осуществления, должен убедиться в его безопасности, что в данной конкретной ситуации означает посмотреть в зеркало заднего вида с целью проверки отсутствия транспортных средств, в том числе, совершающих обгон, находящихся на встречной полосе движения.

Водитель Абайдуллин Л.И. управляя автомобилем Лада при совершении маневра поворот налево допустил нарушение требований п. 8.1 Правил дорожного движения, не убедился в безопасности своего маневра, в результате чего допустил столкновение со автомобилем Лифан, под управлением ответчика, что состоит в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием.

При этом суд апелляционной инстанции указал, что совершение водителем маневра, во всяком случае, даже при формальном отсутствии преимущества у другого участника дорожного движения, предписывает водителю перед совершением убедиться в его безопасности.

В данном деле, исходя из установленных фактических обстоятельств дела, следует, что данное требование Правил Абайдуллиным Л.И. не исполнено. Объективных доказательств, которые могли бы свидетельствовать о том, что Абайдуллин Л.И. при совершении маневра заблаговременно включил указатель поворота налево, занял крайнее левое положение на проезжей части, материалы дела не содержат.

Вопреки доводам истца о несогласии с заключением судебного эксперта, суждения эксперта относительно правовой квалификации действий водителей в дорожной ситуации не имеют определяющего значения для суда, поскольку определение степени вины в дорожно-транспортном происшествии относится к исключительной компетенции суда, а не судебного эксперта.

При таких обстоятельствах, следует согласиться с равной обоюдной виной водителей в дорожно-транспортном происшествии (50 %) установленной судом.

            Вместе с тем, суд апелляционной инстанции указал, что суд необоснованно отказал во взыскании убытков, удовлетворения производных требований, что является основанием для отмены судебного акта.

            Из установленных обстоятельств дела следует, что истец на основании договора ОСАГО имел право на выполнение ремонта его автомобиля на СТОА за счет страховщика.

            Если в соответствии с абзацем вторым пункта 15 или пунктами 15.1 - 15.3 статьи 12 Закона об ОСАГО возмещение вреда осуществляется путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства, потерпевший указывает это в заявлении о страховом возмещении или прямом возмещении убытков.

            В соответствии с Подпунктом «д» пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО предусмотрено, что восстановительный ремонт поврежденного легкового автомобиля не производится, если стоимость восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства превышает установленную подпунктом «б» статьи 7 настоящего Федерального закона страховую сумму или максимальный размер страхового возмещения, установленный для случаев оформления документов о дорожно-транспортном происшествии без участия уполномоченных на то сотрудников полиции, либо если в соответствии с пунктом 22 настоящей статьи все участники дорожно-транспортного происшествия признаны ответственными за причиненный вред при условии, что в указанных случаях потерпевший не согласен произвести доплату за ремонт станции технического обслуживания.

            По смыслу приведенной нормы права, если в соответствии с пунктом 22 настоящей статьи все участники дорожно-транспортного происшествия признаны ответственными за причиненный вред при условии, направление на восстановительный ремонт на станцию технического обслуживания такого автомобиля может быть выдано страховщиком при согласии потерпевшего доплатить разницу между страховой выплатой и стоимостью восстановительного ремонта, о чем должно быть указано в направлении на ремонт.

            В направлении на ремонт, выдаваемом страховщиком на основании абзаца второго пункта 15 настоящей статьи, указывается возможный размер доплаты, вносимой станции технического обслуживания потерпевшим за восстановительный ремонт на основании абзаца второго пункта 19 настоящей статьи.

            Обязательства страховщика по организации и оплате восстановительного ремонта транспортного средства потерпевшего, принятые им на основании абзаца второго пункта 15 или пунктов 15.1 - 15.3 настоящей статьи, считаются исполненными страховщиком надлежащим образом с момента получения потерпевшим отремонтированного транспортного средства.

            В соответствии с пунктом 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 г. № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» при нарушении страховщиком обязательства по организации и оплате восстановительного ремонта потерпевший вправе предъявить требование о понуждении страховщика к организации и оплате восстановительного ремонта или потребовать страхового возмещения в форме страховой выплаты либо произвести ремонт самостоятельно и потребовать со страховщика возмещения убытков вследствие ненадлежащего исполнения им своих обязательств по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства в размере действительной стоимости восстановительного ремонта, который страховщик должен был организовать и оплатить. Возмещение таких убытков означает, что потерпевший должен быть поставлен в то положение, в котором он находился бы, если бы страховщик по договору обязательного страхования исполнил обязательства надлежащим образом (п. 2 ст. 393 ГК РФ).

            Между тем, страховщиком направление на ремонт не выдавалось, возможный размер доплаты с потерпевшим не обсуждался. При этом то обстоятельство, что вина водителей в ДТП не установлена, не является основанием для смены формы возмещения на денежную выплату исходя из вышеуказанных положений Закона об ОСАГО.

            В материалы дела не представлены доказательства, подтверждающие отказ потерпевшего произвести доплату за ремонт, стоимость которого превышала лимит страхового возмещения.

            Согласно положениям ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

            Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

            В соответствии с п. 1 ст. 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Если иное не установлено законом, использование кредитором иных способов защиты нарушенных прав, предусмотренных законом или договором, не лишает его права требовать от должника возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

            Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными ст. 15 настоящего Кодекса.

            Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (п. 2 ст. 393 Гражданского кодекса Российской Федерации).

            Таким образом, как следует из материалов дела, СПАО «Ингосстрах» не выполнило обязательства по договору ОСАГО, восстановительный ремонт транспортного средства потерпевшего не был проведен, ответчик в одностороннем порядке заменил форму страхового возмещения с восстановительного ремонта на денежную выплату без согласия потерпевшего, в связи с чем имеются основания для взыскания в пользу истца убытков, представляющих собой разницу между выплаченным страховым возмещением, рассчитанным по Единой методике, и рыночной стоимостью восстановительного ремонта.

            Определяя размер убытков в виде рыночной стоимости восстановительного ремонта, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что в основу судебного акта может быть положено заключение специалиста ООО «АшкадарЭксперт» № от 29 мая 2024 г., которым установлено, что стоимость ремонта по рыночным ценам составляет 99 529,30 руб.

            Указанное заключение лицами, участвующими в деле не оспорено, соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ, содержит описание исследований эксперта по вопросу определения рыночной стоимости восстановительного ремонта автомобиля, стоимости ремонта по Единой методике.

            Доказательств, опровергающих заявленный размер ущерба, ответчиком не представлено.

            Таким образом, размер убытков, с учетом обоюдной степени вины водителей, составляет: 22 114,65 (99 529,30 руб. /2 – 27650 руб. выплаченное страховое возмещение).

            Исполнение обязательств страховщика за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований страхователя обеспечивается штрафом, предусмотренным пунктом 3 ст. 16.1 ФЗ «Об ОСАГО», в размере пятидесяти процентов от разницы между совокупным размером страховой выплаты, определенной судом, и размером страховой выплаты, осуществленной страховщиком в добровольном порядке.

            Наличие судебного спора о взыскании страхового возмещения указывает на неисполнение страховщиком обязанности по его осуществлению в добровольном порядке (пункт 82).

            Суд определяет в целях расчета суммы штрафа размер надлежащего страхового возмещения 68 674 руб., поскольку не превышает 10% и находится в пределах допустимой погрешности с заключением истца ООО «Ашкадар Эксперт» в сумме 68 800 руб. по Единой методике.

            Таким образом, штраф подлежит начислению на сумму невыплаченного страхового возмещения, с учетом степени вины (68 674 руб. х 50%) и составит 17 168,50 руб. (34 337/2).

            При этом штраф рассчитывается от всей суммы надлежащего размера страхового возмещения, с учетом обоюдной степени вины, без учета произведенной страховщиком выплаты, поскольку страховщиком надлежащим образом обязательства по организации восстановительного ремонта транспортного средства не исполнены.

            Пунктом 21 ст. 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО) предусмотрено, что в течение 20 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, со дня принятия к рассмотрению заявления потерпевшего о страховой выплате или прямом возмещении убытков и приложенных к нему документов, предусмотренных правилами обязательного страхования, страховщик обязан произвести страховую выплату потерпевшему или после осмотра и (или) независимой технической экспертизы поврежденного транспортного средства выдать потерпевшему направление на ремонт транспортного средства с указанием станции технического обслуживания, на которой будет отремонтировано его транспортное средство и которой страховщик оплатит восстановительный ремонт поврежденного транспортного средства, и срока ремонта либо направить потерпевшему мотивированный отказ в страховом возмещении.

            При несоблюдении срока осуществления страховой выплаты или срока выдачи потерпевшему направления на ремонт транспортного средства страховщик за каждый день просрочки уплачивает потерпевшему неустойку (пеню) в размере одного процента от определенного в соответствии с указанным федеральным законом размера страхового возмещения по виду причиненного вреда каждому потерпевшему.

            Разрешая требования о взыскании неустойки, суд апелляционной инстанции исходил из того, что с заявлением о страховой выплате истец обратилась к ответчику 23 апреля 2024 г., страховое возмещение подлежало осуществлению не позднее 15 мая 2024 г., неустойка подлежит начислению с 16 мая 2024 г.

            Выплата страхового возмещения на дату принятия судом решения не произведена. Истцом заявлены требования о взыскании неустойки по день исполнения обязательства.

            Сумма неустойки за период с 16 мая 2024 г. по 28 февраля 2025 г. составит: 34 337 х 1% х 288 дней просрочки = 71 874,93 руб. (заявленный истцом период), за период с 1 марта 2025 г. по (дата принятия нового решения судом апелляционной инстанции) 26 июня 2025 г. 34 337*1%*117 = 40 174,29. Итого: 112 049,22 руб.

            С СПАО «Ингосстрах» в пользу истца суд апелляционной инстанции посчитал подлежащей взысканию неустойку с 27 июня 2025 г. по день фактического исполнения обязательства, из расчета 1 % от суммы недоплаченного страхового возмещения, не более 287 950, 78 рублей (400 000 – 112 049, 22 руб.).

            В силу пункта 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации суд вправе уменьшить неустойку, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

            В данном случае не установлено исключительных обстоятельств, являющихся основанием для снижения неустойки и штрафа. Взысканная судом сумма неустойки не превышает предельный размер, установленный Законом об ОСАГО (400 000 руб.), в связи с чем, оснований для ее снижения у суда апелляционной инстанции не имеется.

            В соответствии с частью 1 статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

            В соответствии со статьей 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам.

            В соответствии с частью 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

            В силу положений ст. 98 ГПК РФ, пропорционально удовлетворенным требованиям (62,22%) суд апелляционной инстанции с ответчика в пользу истца взыскал расходы на оплату услуг представителя 22 473 руб., на оформление доверенности 1 573,11 руб., почтовые расходы 781,75 руб.

    При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции решение суда отменил права при разрешении требований о взыскании убытков, производных требований, с вынесением нового решения, о частичном удовлетворении исковых требований Абайдуллина Л.И. с СПАО «Ингосстрах» о взыскании убытков, неустойки, штрафа, судебных расходов.

Судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции не усматривает оснований для признания доводов жалобы заслуживающими внимания.

Обоснование принятого судом апелляционной инстанции постановления подробно изложено в мотивировочной части оспариваемого судебного акта.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Суд апелляционной инстанции оценивает имеющиеся в деле, а также дополнительно представленные доказательства.

Таким образом, оценка представленных доказательств входит в пределы рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции.

Оценка представленных сторонами доказательств произведена этим судом в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы заявителя о несогласии с указанными выводами сводятся к переоценке доказательств по делу и установлению иных обстоятельств, чем те, которые были установлены судом, рассмотревшим данное дело в апелляционном порядке, однако решение вопроса исследования и оценки доказательств, а также обстоятельств дела отнесено к компетенции судов первой и апелляционной инстанций (статьи 196, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), поэтому связанные с этим доводы заявителя не могут рассматриваться в качестве повода к отмене апелляционного определения.

Оснований для вывода о нарушении предусмотренных статьёй 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правил оценки доказательств содержание оспариваемого судебного акта и доводы кассационной жалобы не дают.

Из приведённых положений процессуального закона в их взаимосвязи следует, что производство в кассационном суде общей юрисдикции предназначено для исправления нарушений норм материального и процессуального права, допущенных судами первой и (или) апелляционной инстанций в ходе предшествующего разбирательства дела, которые привели к неправильному разрешению дела и принятию неправильных судебных постановлений.

Нарушения либо неправильного применения норм материального и процессуального права, в том числе, перечисленных в части 4 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, повлёкших вынесение апелляционной инстанцией неправильного судебного постановления, по доводам жалобы не установлено.

Доводы кассационной жалобы сводятся к изложению обстоятельств дела, не опровергают выводов суда апелляционной инстанции, фактически являются позицией автора жалобы.

С учетом изложенного кассационная жалоба подлежит отклонению.

Руководствуясь статьями 379.6, 379.7, 390 и 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховный Суд Республики Башкортостан от 26 июня 2025 г. оставить без изменения, кассационную жалобу СПАО «Ингосстрах» - без удовлетворения.

    Председательствующий                                                   А.А. Антошкина

    Судьи                                                                                 О.Н. Якимова

                                                                                                О.И. Серебрякова

Мотивированное определение изготовлено 17 декабря 2025 г.