УИД 73RS0003-01-2024-004607-39

ШЕСТОЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

                                                                  № 88-14939/2025

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

кассационного суда общей юрисдикции

04 сентября 2025 года                            г. Самара

Судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего Непопалова Г.Г.,

судей Ереминой И.Н., Ромадановой И.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ульяновского областного суда от 27 мая 2025 г. по гражданскому делу № 2-84/2025 по иску ФИО10 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Ульяновской области о защите пенсионных прав.

Заслушав доклад судьи Ереминой И.Н., проверив материалы дела, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Ульяновской области (далее - ОСФР по Ульяновской области) о защите пенсионных прав.

В обоснование заявленных требований указала, что 01 июля 2024 г. обратилась в Отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Ульяновской области с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона №400-ФЗ от 28 декабря 2013 г. «О страховых пенсиях» в связи с рождением и воспитанием троих детей до достижения ими возраста 8 лет на территории РФ, достижения истцом возраста 57 лет, наличий страхового стажа не менее 15 лет и индивидуального пенсионного коэффициента не менее 30.

В соответствии с решением Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Ульяновской области №105354 от 30 сентября 2024 г. истцу отказано в установлении (назначении) досрочной страховой пенсии в соответствии с пунктом 1.2 части 1 статьи 32 Закона РФ от 28 декабря 2013 г. №40 ФЗ «О страховых пенсиях» в виду отсутствия необходимой величины индивидуального пенсионного коэффициента – 28,2.

Истец не согласна с выводами ответчика о невозможности зачета в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пении по старости в соответствии с пунктом 1.2 части 1 статьи 32 Закона РФ №400-ФЗ от 28 декабря 2013 г. периодов ухода истца за тремя детьми до достижения возраста 1,5 лет, поскольку уход осуществлялся не на территории РФ.

Ссылаясь на изложенное, истец просила признать решение Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Ульяновской области от 30 сентября 2024 г. №105354 незаконным. Признать право на досрочное назначение страховой пенсии по старости и включить в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости периоды ухода за тремя детьми до достижения возраста 1,5 лет с 21 апреля 1986 г. по 21 апреля 1987 г., с 26 октября 1988 г. по 26 апреля 1990 г. Обязать Отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ в Ульяновской области назначить досрочную страховую пенсию по старости с момента возникновения права на ее получение.

Решением Железнодорожного районного суда города Ульяновска от 14 января 2025 г. исковые требования ФИО1 удовлетворены. Признано незаконным решение Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Ульяновской области от 14 ноября 2024 г. №105354/24, принятое во изменение решения от 30 сентября 2024 г. На Отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Ульяновской области возложена обязанность включить в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости ФИО1 периоды ухода за тремя детьми до достижения возраста 1,5 лет с 21 апреля 1986 г. по 21 апреля 1987 г., с 26 октября 1988 г. по 26 апреля 1990 г.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ульяновского областного суда от 27 мая 2025 г. решение Железнодорожного районного суда города Ульяновска от 14 января 2025 г. отменено, принято новое решение, которым в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано.

В кассационной жалобе ФИО1 указывает на нарушения, допущенные судом апелляционной инстанций, а именно неверно определены юридически значимые обстоятельства, неправильное применение норм материального, процессуального права.

Лица, участвующие по делу, в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. Информация о рассмотрении дела заблаговременно размещена на официальном сайте Шестого кассационного суда общей юрисдикции. В связи с чем, на основании статей 167, 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия сочла возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции находит кассационную жалобу не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно части 1 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Таких оснований для отмены либо изменения апелляционного определения не имеется.

Как установлено судами и следует из материалов дела, ФИО1, <данные изъяты>, гражданка Российской Федерации, является матерью троих детей: ФИО2, <данные изъяты>, свидетельство о рождении серии №, выдан <адрес>; ФИО3, <данные изъяты>, свидетельство о рождении серии №, выдан <адрес>; ФИО4, <данные изъяты>, свидетельство о рождении с переводом № от ДД.ММ.ГГГГ

01 июля 2024 г. ФИО1 обратилась в ОСФР по Ульяновской области с заявлением о назначении страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

Решением ОСФР по Ульяновской области от 30 сентября 2024 г. истцу отказано в назначении страховой пенсии по указанному основанию ввиду отсутствуя необходимой величины индивидуального пенсионного коэффициента (ИПК) – 28,2.

Решением ОСФР по Ульяновской области от 14 ноября 2024 г. №105354/24, принятым во изменении решения от 30 сентября 2024 г., ФИО1 отказано в назначении страховой пенсии по старости в связи с отсутствием необходимых условия для установления пенсии: требуемого количества детей, рожденных и воспитанных на территории Российской Федерации (РСФСР), а также в связи с отсутствием требуемой величины индивидуального коэффициента (далее ИПК) не менее 28,2.

Разрешая заявленные ФИО1 требования, суд первой инстанции пришел к выводам о наличии оснований для включения в страховой стаж ФИО1 периодов ухода за детьми до полутора лет и наличии у нее права на назначение досрочной страховой пенсии по пункту 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона № 400-ФЗ от 28 декабря 2013 г. «О страховых пенсиях».

Суд апелляционной инстанции не согласился с такими выводами суда первой инстанции, отменяя решение суда первой инстанции и отказывая ФИО1 в удовлетворении требований, судебная коллегия по гражданским делам Ульяновского областного суда, руководствуясь положениями статей 8, 30, пункта 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. №400-ФЗ «О страховых пенсиях», с учетом того, что Договором между Российской Федерацией и Эстонской Республикой о сотрудничестве в области пенсионного обеспечения (подписан в г. Таллине 14 июля 2011 г.) не урегулирован вопрос учета факта рождения детей для оценки пенсионных прав, исходила из того, что для назначения досрочной страховой пенсии по пункту 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона № 400-ФЗ от 28 декабря 2013 г. «О страховых пенсиях» необходима совокупность условий, в том числе наличие необходимого ИПК, в данном случае 28.2, величина ИПК зависит от пенсионных прав, приобретенных на день назначения пенсии, а именно от продолжительности страхового стажа и среднемесячного заработка до 01 января 2015 г., величины страховых взносов, учтенных на индивидуальном лицевом счете после 01 января 2015 г., и определяется по формуле в соответствии с частью 9 статьи 15 Закона № 400-ФЗ.

Согласно статье 11 Закона № 400-ФЗ, в страховой стаж (определяющий величину ИПК) засчитываются периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации, при условии, что за эти периоды начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации. Периоды работы (или) иной деятельности, которые выполнялись лицами за пределами территории Российской Федерации, включаются в страховой стаж в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации или международными договорами Российской Федерации, либо в случае уплаты страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 г. № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации».

Наравне с указанными выше периодами в страховой стаж засчитываются также периоды, за которые страховые взносы не уплачивались, но в которые лицо несло так называемую полезную социальную нагрузку («нестраховые периоды»), в частности, период ухода одного из родителей за каждым ребенком до достижения им возраста 1,5 лет, но не более 6 лет в общей сложности (пункт 3 части 1 статьи 12 Закона № 400ФЗ). ИПК за полный календарный год такого ухода за первым ребенком составляет 1,8, за вторым - 3,6, за третьим и четвертым - 5,4 (часть 12 статьи 15 Закона № 400-ФЗ).

Вместе с тем, в силу части 3 статьи 2 Закона № 400-ФЗ в сфере пенсионного обеспечения применяются общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации. В случае, если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные настоящим Федеральным законом, применяются правила международного договора Российской Федерации.

Общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации согласно части 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы.

Федеральным законом от 15 июля 1995 г. № 101-ФЗ «О международных договорах Российской Федерации» установлено, что Российская Федерация, выступая за соблюдение договорных и обычных норм, подтверждает свою приверженность основополагающему принципу международного права - принципу добросовестного выполнения международных обязательств.

В соответствии с частью 3 статьи 5 Федерального закона от 15 июля 1995 г. № 101-ФЗ «О международных договорах Российской Федерации» положения официально опубликованных международных договоров Российской Федерации, не требующие издания внутригосударственных актов для применения, действуют в Российской Федерации непосредственно.

В пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 г. № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» разъяснено, что международные договоры, которые имеют прямое и непосредственное действие в правовой системе Российской Федерации, применимы судами, в том числе военными, при разрешении гражданских, уголовных и административных дел, в частности, при рассмотрении гражданских дел, если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем законом Российской Федерации, который регулирует отношения, ставшие предметом судебного рассмотрения.

Вопросы сотрудничества Российской Федерации и Эстонской Республики в области пенсионного обеспечения регулируются одноименным Договором между Российской Федерацией и Эстонской Республикой от 14 июля 2011 г.

Согласно статье 3 названного Договора право на назначение страховой пенсии по старости имеют лица, проживающие на территориях Договаривающихся Сторон и являющихся их гражданами или лицами без гражданства, на которых распространяется или ранее распространялось действие законодательства каждой из Договаривающихся Сторон.

Статьей 5 Договора предусмотрено, что при назначении пенсии в соответствии с данным Договором учитываются периоды пенсионного стажа, приобретенные на территориях Договаривающихся Сторон, в том числе на территориях бывших РСФСР и ЭССР (пункт 1). Если право на назначение пенсии согласно законодательству одной Договаривающейся Стороны возникает без учета пенсионного стажа, приобретенного согласно законодательству другой Договаривающейся Стороны, то соответствующая Договаривающаяся Сторона назначает пенсию только за пенсионный стаж, учитываемый на основании своего законодательства, вне зависимости от того, на территории какой Договаривающейся Стороны проживает лицо.

Данное правило применяется и в том случае, если при назначении пенсии в Российской Федерации, согласно указанному Договору, пенсионный стаж, приобретенный на территории Российской Федерации, учитываемый при конвертации пенсионных прав, составляет не менее 25 лет у мужчин и 20 лет у женщин соответственно. При этом подсчет и подтверждение пенсионного стажа осуществляются согласно законодательству той Договаривающейся Стороны, которая назначает пенсию (пункт 2).

Если право на назначение пенсии на основании законодательства одной Договаривающейся Стороны возникает в результате суммирования пенсионного стажа, приобретенного на основании законодательства обеих Договаривающихся Сторон, то при определении права на пенсию согласно законодательству Договаривающихся Сторон и при конвертации пенсионных прав согласно законодательству Российской Федерации учитывается пенсионный стаж, приобретенный на территориях обеих Договаривающихся Сторон, кроме случаев, когда периоды этого стажа совпадают по времени их приобретения.

Если право на пенсию не возникает в результате трудовой деятельности по определенной специальности, или на определенной должности, или в определенных условиях, то пенсионный стаж, приобретенный на территориях Договаривающихся Сторон, суммируется как общий пенсионный стаж.

В силу статьи 6 Договора каждая Договаривающаяся Сторона исчисляет размер пенсии, соответствующий пенсионному стажу, приобретенному на ее территории, согласно положениям своего законодательства. Периоды пенсионного стажа, приобретенные на территории бывшего СССР, кроме территорий бывших РСФСР и ЭССР, не учитываются при определении размера пенсии (пункт 1).

Если при назначении пенсии в Российской Федерации согласно данному Договору пенсионный стаж, приобретенный на территории Российской Федерации, учитываемый при конвертации пенсионных прав, составляет менее 25 лет у мужчин и менее 20 лет у женщин, то исчисление размера пенсии, соответствующего пенсионному стажу, приобретенному на территории Российской Федерации, производится следующим образом: размер пенсии, определенный согласно законодательству Российской Федерации, делится для мужчин - на 300 месяцев, для женщин - на 240 месяцев и затем умножается на число месяцев фактически имеющегося пенсионного стажа, приобретенного на территории Российской Федерации (в этом стаже период свыше 15 дней округляется до полного месяца, а период до 15 дней включительно не учитывается). При этом в соответствии с пунктом 1 статьи 5 данного Договора в пенсионный стаж, учитываемый при конвертации пенсионных прав, засчитывается пенсионный стаж, приобретенный на территории Эстонской Республики (пункт 2).

Согласно статье 8 Договора компетентные учреждения Договаривающихся Сторон сотрудничают друг с другом по вопросам, связанным с реализацией настоящего Договора (пункт 2). Уполномоченные органы власти и компетентные учреждения Договаривающихся сторон оказывают друг другу содействие в реализации настоящего Договора и обмениваются информацией, касающейся законодательства и его изменений, а также статистическими данными (пункт 3).

Указанный Договор основан на пропорциональном принципе, в соответствии с которым пенсия за стаж, приобретенный на территориях Российской Федерации и Эстонской Республики, устанавливается по законодательству и за счет той Договаривающейся Стороны, на территории которой он приобретен. Тем самым разграничена ответственность Договаривающихся Сторон за пенсионные права, приобретенные на их территории.

В части 2 статьи 13 Закона № 400-ФЗ содержится положение о том, что в страховой стаж не включаются периоды, учтенные при установлении пенсии в соответствии с законодательством иностранного государства.

ФИО1 достигла возраста 57 лет ДД.ММ.ГГГГ

Из материалов дела следует, что в сведениях о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица отражены периоды всей трудовой деятельности ФИО1, в том числе и периоды, протекающие на территории Эстонской Республики, подтвержденные соответствующим формуляром о пенсионном стаже, представленном Департаментом Социального Страхования Эстонской Республики.

Поэтому расчет ИПК ФИО1 должен производиться с учетом всех отраженных периодов работы, который согласно представленному расчету составит 14,646.

Суд апелляционной инстанции, проанализировав представленные в материалы дела доказательства, пришел к выводу о том, что оснований для включения в страховой стаж заявленных периодов ухода за детьми до полутора лет у суда первой инстанции не имелось, поскольку указанные периоды охватываются периодами работы, подтвержденными формуляром о пенсионном стаже и обоснованно учтены пенсионным органом именно в качестве работы.

При этом в материалах дела отсутствует документальное подтверждение предоставления ФИО6 отпусков по уходу за детьми до полутора лет и их периода, что по мнению суда апелляционной инстанции исключает возможность зачета конкретного периода в стаж и расчета ИПК, поскольку для такого расчета важна именно продолжительность такого отпуска.

Судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции полагает, что выводы суда апелляционной инстанций требованиям закона не противоречат и доводами кассационной жалобы не опровергаются.

Выводы суда надлежащим образом мотивированы, со ссылкой на установленные по делу обстоятельства и подлежащие применению нормы права.

Доводы жалобы истца о том, что судом дана неверная оценка представленным доказательствам, поскольку размер ИПК умышленно занижен пенсионным органом, не могут быть приняты во внимание, поскольку в силу части 3 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации кассационный суд общей юрисдикции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими и определять, какое судебное постановление должно быть принято при новом рассмотрении дела. Дополнительные доказательства судом кассационной инстанции не принимаются.

В соответствии с частью 1 статьи 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации кассационный суд общей юрисдикции проверяет законность судебных постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного постановления, в пределах доводов, содержащихся в кассационных жалобе, представлении, если иное не предусмотрено Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации.

Вопреки доводам кассационной жалобы, из материалов дела следует, что, в соответствии со статьями 12, 56, 57, 59 и 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции правильно установлены обстоятельства, имеющие значение для дела, всесторонне, полно и объективно исследованы представленные сторонами по делу доказательства, дана им надлежащая правовая оценка с точки зрения относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности и достаточности доказательств в их совокупности, отразив результаты их оценки в судебных актах.

При рассмотрении настоящего гражданского дела судом апелляционной инстанции не допущено нарушений и неправильного применения норм процессуального права, которые привели или могли привести к принятию неправильного судебного постановления, а также нарушений, предусмотренных частью 4 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, влекущих безусловную отмену судебных постановлений.

При таких данных судебная коллегия не находит предусмотренных статьей 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены обжалуемого судебного акта по доводам кассационной жалобы заявителя.

Руководствуясь статьями 379.6, 379.7, 390 и 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ульяновского областного суда от 27 мая 2025 г. оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий                    Г.Г. Непопалов

Судьи                                И.Н. Еремина

                                                                                           И.А. Ромаданова

Мотивированное определение составлено 18 сентября 2025 года.