18RS0003-01-2023-004236-86

ШЕСТОЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

Дело № 88-13468/2025

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

кассационного суда общей юрисдикции

04.09.2025                                               г. Самара

Судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего Николаева И.В.,

судей Курунтяевой О.Д., Коваленко О.П.

рассмотрела в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на решение Октябрьского районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 01.07.2024 и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики от 10.02.2025 по гражданскому делу № по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации за пользование долей в жилом помещении, встречному исковому заявлению ФИО2 к ФИО1 о признании договора дарения доли в праве собственности на жилое помещение недействительным, применении последствий недействительности сделки.

Заслушав доклад судьи Николаева И.В., выступление ФИО2, проверив материалы дела, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о взыскании компенсации за пользование долей в квартире, расположенной по адресу: <адрес>, за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 315 000 рублей.

Требования мотивированы тем, что истцу и ответчику принадлежат по 1/2 доли в праве общей долевой собственности на вышеуказанную квартиру. Ответчик с момента государственной регистрации права собственности истца на спорную квартиру препятствует ему в осуществлении права пользования своей долей в квартире. Раздел квартиры и выдел доли из общего имущества не возможен. Полагает, что вправе требовать компенсацию за пользование ответчиком принадлежащей ему 1/2 доли в жилом помещении, которая за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составила 315 000 рублей.

В ходе рассмотрения дела представитель истца ФИО5 исковые требования уточнила, просила взыскать компенсацию за пользование долей за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 258 517 рублей.

ФИО2 обратился со встречным исковым заявлением, в котором просил признать недействительным договор дарения 1/2 доли в спорном жилом помещении, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО8

Требования встречного иска мотивированы тем, что указанная сделка является притворной, в связи с чем подлежит признанию недействительной, а стороны по ней должны быть приведены в первоначальное положение.

Решением Октябрьского районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 01.07.2024, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики от 10.02.2025, в удовлетворении исковых и встречных исковых требований отказано.

Будучи не согласным с состоявшимися по делу судебными постановлениями, заявитель подал кассационную жалобу, в которой ставит вопрос об их отмене, как незаконных, вынесенных с нарушением норм материального и процессуального права.

В обоснование своих требований, приводя обстоятельства, которые, как он полагает, имели место, решения судов первой и апелляционной инстанций, давая им в их совокупности собственную оценку и не соглашаясь с ними, автор жалобы приходит к выводу о том, что независимо от пропуска срока исковой давности все обстоятельства, приведённые в обоснование его иска, должны быть установлены судом, исследованы и им должна быть дана оценка, чего судом не сделано. Также, заявитель жалобы указывает на несогласие с применением срока исковой давности, полагая его не пропущенным, и на фактическое не рассмотрение судом встречного иска.

ФИО1, извещённый о времени и месте рассмотрения жалобы, в судебное заседание не явился, своего представителя не направил, в связи с чем жалоба рассмотрена в его отсутствие.

Судебная коллегия, руководствуясь частью 5 статьи 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, посчитала возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, поданных возражений, заслушав прибывшего в суд ФИО2, судебная коллегия находит жалобу не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно части 1 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Изучив материалы дела, позиции участвующих в деле лиц, судебная коллегия находит, что выводы суда первой инстанции, изложенные в мотивировочной части решения, с учётом пункта 3 статьи 166, пункта 2 статьи 170, пункта 1 статьи 181, пункта 2 статьи 247 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также с учётом разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащихся в подпункте «б» пункта 6 постановления от 10.06.1980 № 4 «О некоторых вопросах практики рассмотрения судами споров, возникающих между участниками общей собственности на жилой дом» и пункте 87 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», не привели к принятию неправильного по существу решения и не нарушили права и законные интересы заявителя.

Принимая во внимание приведённые выше обстоятельства и нормы права в их совокупности, по мнению судебной коллегии, разрешая спор, отказывая в удовлетворении первоначального иска, суд первой инстанции обоснованно исходил из отсутствия у истца в юридически значимый период объективной невозможности осуществления полномочий по владению и пользованию спорным имуществом вследствие действий другого сособственника, и как следствие из отсутствия связанных с этим имущественных потерь.

В связи с этим, как верно отметил суд, юридически значимыми для правильного рассмотрения спора буду являться обстоятельства, подтверждающие реальный размер убытков или финансовых потерь, понесенных истцом, противоправность виновного поведения ответчика как лица их причинившего, причинно-следственная связь между возникшими убытками и поведением виновной стороны.

При этом, само по себе отсутствие между сособственниками соглашения о владении и пользовании общим имуществом (либо отсутствие соответствующего судебного решения) и фактическое использование части общего имущества одним из участников долевой собственности не образуют достаточную совокупность оснований для взыскания с фактического пользователя по иску другого сособственника денежных средств за использование части общего имущества.

Так, согласно представленным материалам гражданского дела, в юридически значимый период ФИО1 в спорной квартире не проживал и не пытался проживать, так как совместно со своей супругой с 2015 года преимущественно проживает в г. Москве.

Между тем возможность осуществления истцом полномочий по владению и пользованию его долей в праве общей собственности на квартиру в действительности имеется, поскольку жилое помещение состоит из двух изолированных жилых комнат. Кроме того, в спорный период препятствия в пользовании жилым помещением истцу не чинились, его доступ в жилое помещение ограничен не был, истец с требованиями о предоставлении в его владение и пользование части общего имущества, соразмерной его доле, не обращался.

Напротив, с 2022 года ФИО1 предлагал выкупить принадлежащую ему 1/2 долю в праве собственности на спорную квартиру ФИО2, а за 4 месяца до обращения с настоящим иском ФИО1 направил в адрес ФИО2 уведомление о намерении продать всю квартиру с последующим распределением между сторонами полученных от ее продажи денежных средств.

Согласно объяснений матери сторон, данных в суде апелляционной инстанции, иск о взыскании компенсации за пользование спорным имуществом подан ФИО1 в целях разрешения вопроса по отчуждению принадлежащей ему доли.

Таким образом, приведенные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии у ФИО1, как препятствий к доступу в спорное жилое помещение, так и нуждаемости в пользовании им в юридически значимый период, а также подтверждают его заинтересованность в реализации (отчуждении) спорного имущества, в связи с чем у суда отсутствовали основания для удовлетворения его иска о взыскании компенсации за пользование жилым помещением.

Также, не имелось у суда оснований и для удовлетворения встречного иска ФИО2

Так, по основанию притворности недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника на совершение притворной сделки для применения указанной нормы недостаточно. Стороны сделки должны преследовать общую цель создать правовые последствия прикрываемой сделки, то есть истец должен доказать, что стороны желали создать правовые последствия, но не те, которые предусмотрены в сделке. Из существа притворной сделки следует, что стороны не собирались ее исполнить уже в самом совершении сделки. Квалифицирующим признаком притворной сделки является цель ее заключения.

В свою очередь, доказательства того, что воля обоих участников оспариваемой ФИО2 сделки была направлена на достижение иных целей, не характерных для договора дарения, в материалы дела не представлены, в связи с чем оснований для квалификации договора дарения в качестве притворной сделки не имеется. Более того, ФИО2 не представлены доказательства того, что договор дарения нарушает его права и законные интересы.

Кроме того, требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной. Обстоятельств же, свидетельствующих о наличии у ФИО2 охраняемого законом интереса в признании недействительным договора дарения, стороной которого он не являлся, в ходе судебного разбирательства судами не установлено.

В свою очередь, применительно к требованиям, связанным с недействительностью ничтожных сделок, законодателем в пункте 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрена специальная норма, в соответствии с которой течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом, срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Так, договор дарения исполнен его сторонами ДД.ММ.ГГГГ, то есть в день регистрации перехода права собственности от ФИО8 к ФИО1, исковое заявление же о признании данной сделки недействительной подано ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ, что превышает установленный вышеприведенной нормой максимальный срок исковой давности на 8 лет. Таким образом, как верно указала суд, срок исковой давности ФИО2 пропущен.

Что же касается доводов кассационной жалобы то, по мнению судебной коллегии, они не содержат обстоятельств, которые не были бы проверены, не учтены судами при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения по существу иного судебного акта, а также влияли на обоснованность и законность судебных решений либо опровергали выводы судов первой и второй инстанций.

Таким образом, доводы жалобы не опровергают установленные по делу обстоятельства и не ставят под сомнение правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований.

В соответствии с частью 1 статьи 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела в кассационном порядке суд проверяет правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права судами, рассматривавшими дело, в пределах доводов кассационных жалобы, представления, не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судами первой или апелляционной инстанций, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими.

При таких данных судебная коллегия не находит как оснований для переоценки выводов судов первой и второй инстанций, сделанных на основе всестороннего, полного и объективного исследования доказательств, соответствующих обстоятельствам дела, так и предусмотренных статьёй 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены обжалуемых судебных постановлений по доводам кассационной жалобы ФИО2.

Руководствуясь статьями 379.5, 379.6, 390 и 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Октябрьского районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 01.07.2024 и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики от 10.02.2025 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

Председательствующий                                      И.В. Николаев

Судьи                                              О.Д. Курунтяева

                                                О.П. Коваленко

определение изготовлено 11.09.2025