УИД 56RS0026-01-2024-002643-93

ШЕСТОЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

Дело № 88-7735/2025

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

кассационного суда общей юрисдикции

29 апреля 2025 г.                                г. Самара

Судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего Непопалова Г.Г.,

судей Киреевой Е.В. и Федотовой Е.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 22 января 2025 г. по гражданскому делу № 2-1885/2024 по иску прокурора Октябрьского района г. Орска в интересах ФИО2 к индивидуальному предпринимателю ФИО4, ФИО9 ФИО1, ФИО3 и САО «РЕСО-Гарантия» о взыскании компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Непопалова Г.Г., заключение прокурора четвертого отдела апелляционно-кассационного управления Главного гражданско-судебного управления Генеральной прокуратуры Российской Федерации Гуляевой Е.С., полагавшей обжалуемые судебные постановления не подлежащими отмене, проверив материалы дела, судебная коллегия

установила:

прокурор Октябрьского района г. Орска, действуя в интересах ФИО2, обратился в суд с иском к ФИО9 взыскании компенсации морального вреда, мотивируя тем, что 28 мая 2024 г. водитель ФИО9, управляя автомобилем «<данные изъяты> государственный регистрационный знак <данные изъяты>, двигаясь по маршруту регулярных пассажирских перевозок, задел левым зеркалом заднего вида пешехода ФИО2, в результате чего последний получил ушиб правого плеча.

В связи с причинением телесных повреждений ФИО2 испытал и по настоящее время испытывает физические и нравственные страдания и переживания.

С учетом изложенного, прокурор Октябрьского района г. Орска просил суд взыскать с ФИО9 в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 101 000 рублей.

Судом первой инстанции к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ИП ФИО4, ФИО3 и САО «РЕСО-Гарантия».

Решением Октябрьского районного суда г. Орска Оренбургской области от 8 октября 2024 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 22 января 2025 г., исковые требования прокурора Октябрьского района г. Орска в интересах ФИО2 удовлетворены в части, с ИП ФИО4 в пользу истца взыскана компенсация морального вреда в размере 20 000 рублей. В остальной части в удовлетворении исковых требований прокурора Октябрьского района г. Орска в интересах ФИО2 отказано. Кроме того, с ИП ФИО4 взыскана государственная пошлина в доход бюджета муниципального образования «Город Орск Оренбургской области» в размере 300 рублей.

В кассационной жалобе ФИО2 ставится вопрос об отмене апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 22 января 2025 г. как незаконного. Основаниями для отмены постановления суда апелляционной инстанции истец указывает нарушения норм материального и процессуального права, поскольку судом неверно определены юридически значимые обстоятельства по делу и не дана надлежащая оценка представленным доказательствам.

Участвующие в деле лица в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, об отложении судебного заседания не просили.

В соответствии с частью 5 статьи 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба рассмотрена в отсутствие указанных выше неявившихся лиц, участвующих в деле.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав заключение прокурора, судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции находит кассационную жалобу не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно части 1 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Такого характера нарушений судами первой и апелляционной инстанций не допущено.

Как установлено судами и усматривается из материалов дела, с 15 ноября 2013 г. ФИО4 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, основным видом деятельности является регулярные перевозки пассажиров автобусами в городском и пригородном сообщении.

Согласно выписке из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, 23 мая 2019 г. ФИО4 выдана лицензия на перевозку пассажиров автобусами.

На основании свидетельства об осуществлении перевозок по маршруту регулярных перевозок ФИО4 в период с 13 апреля 2021 г. по 12 апреля 2026 г. осуществляет перевозки пассажиров по регулярному маршруту № 16А «станция Никель – микрорайон ЗС».

Судами также установлено, что автомобиль «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, принадлежит на праве собственности ФИО3

На основании договора аренды автомобиля без экипажа от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3.Ю. (арендодатель) передал указанный автомобиль во временное владение и пользование ИП ФИО4 (арендатор) на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ

20 июля 2024 г. между ИП ФИО4 как работодателем и ФИО9 как работником заключен трудовой договор № 1-20/07 с водителем автобуса муниципального маршрута регулярных перевозок г. Орска, в соответствии с которым работник принят на работу к предпринимателю в должности водителя.

По условиям трудового договора, работник обязан добросовестно выполнять должностные обязанности, в частности: производить посадку и высадку строго в пунктах остановок на маршрутах и только через соответствующие двери автобуса во время полной остановки автобуса и при фиксации его стояночным тормозом; осуществлять открытие дверей по прибытии автобуса на остановку и прекращении движения, закрытие дверей только после окончания выхода и входа пассажиров.

В ходе рассмотрения дела ФИО4 не отрицалось, что ФИО9 осуществлял управление маршрутным транспортным средством как работник перевозчика.

Из материалов дела следует, что по факту дорожно-транспортного происшествия 30 июля 2024 г. вынесено постановление о прекращении дела об административном правонарушении в связи с отсутствием в действиях ФИО9 состава правонарушения, предусмотренного статьей 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Согласно материалам проверки, проведенной правоохранительными органами по факту дорожно-транспортного происшествия, ФИО9, управляя автомобилем «<данные изъяты>», допустил наезд на пешехода ФИО2, который двигался по обочине навстречу основному потоку. В результате пешеход получил телесные повреждения.

Из объяснений ФИО2, данных сотрудникам Госавтоинспекции, следует, что 28 мая 2024 г. примерно в 11 часов 40 минут водитель автомобиля «<данные изъяты>», двигающийся по маршруту 16А, на прилегающей территории ул. Чекалина, д. 11, задел его зеркалом в правое плечо.

В своих объяснениях водитель ФИО9 указал, что 28 мая 2024 г. примерно в 11 часов 40 минут, двигаясь на автомобиле «<данные изъяты>», на прилегающей территории ул. Чекалина, д. 11, при движении задел левым зеркалом ФИО2

Согласного видеозаписи, полученной с мобильного телефона истца, ФИО9, управляя маршрутным транспортным средством – автомобилем <данные изъяты>», следовал по пути движения пешехода ФИО2, требуя от последнего оплаты проезда, в этот момент задел пешехода правым зеркалом заднего вида.

По заключению экспертизы Орского межрайонного отделения ГБУЗ «Бюро СМЭ» (судебно-медицинское обследование живого лица) от 29 июля 2024 г. № 2412501810, проведенной в рамках административного расследования, у ФИО2 имелось повреждение «кровоподтек правого плеча в средней трети», который образовался от воздействия тупого твердого предмета или при ударе о таковых, в срок – до обращения за медицинской помощью в травматологический пункт 31 мая 2024 г., и не повлек за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности и расценивается как повреждение, не причинившее вред здоровья.

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции, исследовав и оценив представленные в дело доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь статьями 150, 151, 403, 793, 1064, 1068, 1079, 1099, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 34.1 Федерального закона от 13 июля 2015 г. № 220-ФЗ «Об организации регулярных перевозок пассажиров и багажа автомобильным транспортом и городским наземным электрическим транспортом в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее по тексту – Федеральный закон от 13 июля 2015 г. № 220-ФЗ), регулирующими спорные правоотношения, и разъяснениями постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» и от 26 июня 2018 г. № 26 «О некоторых вопросах применения законодательства о договоре перевозки автомобильным транспортом грузов, пассажиров и багажа и о договоре транспортной экспедиции» по их применению, пришел к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения исковых требований прокурора Октябрьского района г. Орска в интересах ФИО2 в части, в связи с чем взыскал с ИП ФИО4 в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей.

При этом, суд первой инстанции исходил из того, что в ходе рассмотрения дела установлен факт причинения ФИО2 телесных повреждений в результате действий ФИО9, который состоял в трудовых отношениях с ИП ФИО4, владеющим источником повышенной опасности на законном основании, в связи с чем имеются основания для взыскания компенсации морального вреда с ИП ФИО4, который является надлежащим ответчиком по настоящему гражданскому делу.

Определяя размер подлежащей взысканию компенсации морального вреда, суд первой инстанции учел конкретные обстоятельства, при которых был причинен вред здоровью истца, эмоциональное состояние потерпевшего после полученной травмы, индивидуальные особенности его личности (инвалидность второй группы, наличие заболевания психики), имущественное положение причинителя вреда, последующее обращение истца к неврологу с жалобами на беспокойство, тревожность, нарушение сна, эпизоды головокружения, слабость по утрам, эпизоды паники, в связи с чем, пришел к выводу о том, что компенсация морального вреда в размере 20 000 рублей будет отвечать требованиям разумности и справедливости.

С приведенными выше выводами суда первой инстанции и их правовым обоснованием согласился суд апелляционной инстанции.

Судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции находит выводы судов первой и апелляционной инстанций обоснованными и не усматривает оснований для отмены апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 22 января 2025 г. по доводам кассационной жалобы ФИО2, поскольку приведенные выше выводы судов предыдущих инстанций соответствуют нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения (статьям 150, 151, 403, 793, 1064, 1068, 1079, 1099, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, статье 34.1 Федерального закона от 13 июля 2015 г. № 220-ФЗ), разъяснениям, содержащимся в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» и от 26 июня 2018 г. № 26 «О некоторых вопросах применения законодательства о договоре перевозки автомобильным транспортом грузов, пассажиров и багажа и о договоре транспортной экспедиции», а также обстоятельствам данного гражданского дела.

Приведенные в кассационной жалобе доводы проверены в полном объеме и признаются судебной коллегией суда кассационной инстанции необоснованными, так как своего правового и документального обоснования в материалах дела не нашли, выводов судов первой и апелляционной инстанций не опровергли.

Так, согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Вместе с тем, пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (пункт 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (пункт 2 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Аналогичные положения содержит и статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, в которой также указано, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

По смыслу приведенных выше нормативных положений определение размера компенсации морального вреда в каждом деле носит индивидуальный характер и зависит от совокупности конкретных обстоятельств дела, подлежащих исследованию и оценке судом, и по смыслу действующего правового регулирования размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных потерпевшим физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела.

При этом, если суд пришел к выводу о необходимости присуждения денежной компенсации, то ее сумма должна быть адекватной и реальной. В противном случае присуждение чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы означало бы игнорирование требований закона и приводило бы к отрицательному результату, создавая у потерпевшего впечатление пренебрежительного отношения к его правам.

В силу вышеизложенного, судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции полагает, что, с учетом установленных по делу обстоятельств, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о наличии правовых оснований для возложения на ИП ФИО4 обязанности возместить ФИО2 моральный вред, причиненный повреждением здоровья в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего по вине его работника ФИО9, а также правильно определил размер компенсации морального вреда в 20 000 рублей, приняв во внимание, в том числе, фактические обстоятельства дела, степень физических и нравственных страданий истца, индивидуальные особенности ее личности, материальное положение сторон по делу, а также требования разумности и справедливости, с чем правомерно согласился суд апелляционной инстанции.

Доводы кассационной жалобы ФИО2 о наличии правовых оснований для солидарного взыскания компенсации морального вреда с владельца источника повышенной опасности ФИО3 и непосредственного причинителя вреда ФИО9 основаны на неверном, ошибочном толковании норм материального права, а потому не влекут отмену обжалуемого судебного постановления. Более того, данные доводы приводились заявителем ранее, являлись предметом исследования судов предыдущих инстанций, были обоснованно отклонены по мотивам, изложенным в судебных постановлениях.

Вопреки доводам кассационной жалобы, из материалов дела следует, что, в соответствии со статьями 12, 56, 57, 59 и 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суды правильно установили обстоятельства, имеющие значение для дела, всесторонне, полно и объективно исследовали представленные сторонами по делу доказательства, дали им надлежащую правовую оценку с точки зрения относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности и достаточности доказательств в их совокупности, отразив результаты их оценки в судебных актах.

При рассмотрении настоящего гражданского дела судами первой и апелляционной инстанций не допущено нарушений и неправильного применения норм процессуального права, которые привели или могли привести к принятию неправильных судебных постановлений, а также нарушений, предусмотренных частью 4 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, влекущих безусловную отмену судебных постановлений.

Судебной коллегией по гражданским делам ФИО5 кассационного суда общей юрисдикции отклоняются ссылки заявителя кассационной жалобы на иную судебную практику в обоснование своих доводов, так как обстоятельства по каждому конкретному делу устанавливаются непосредственно при его рассмотрении, и решение принимается судом в соответствии с представленными доказательствами с учетом норм права, регулирующих спорные правоотношения. Суд кассационной инстанции не связан выводами других судов о правовой квалификации рассматриваемых отношений и толкований правовых норм.

Иные доводы кассационной жалобы приводились заявителем ранее, являлись предметом исследования судов предыдущих инстанций, были обоснованно отклонены по мотивам, изложенным в судебных постановлениях, по существу направлены на иную оценку представленных сторонами доказательств и иное толкование норм материального и процессуального права.

Кассационная инстанция при проверке законности судебных постановлений нижестоящих судов не вправе входить в обсуждение фактической стороны дела. Исследование и оценка представленных лицами, участвующими в деле, доказательств в подтверждение своих доводов и возражений, установление обстоятельств, на которых основаны изложенные в судебных постановлениях выводы, отнесены законом к исключительной компетенции судов первой и апелляционной инстанций.

Кассационная жалоба не содержат указаний на обстоятельства, которые не были учтены судами и не получили правовую оценку.

При таких данных судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит предусмотренных статьей 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены обжалуемого судебного постановления по доводам кассационной жалобы ФИО2

Руководствуясь статьями 379.6, 379.7, 390 и 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 22 января 2025 г. оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Председательствующий                    Г.Г. Непопалов

Судьи                                Е.В. Киреева

Е.В. Федотова

    Мотивированное определение изготовлено 12 мая 2025 г.